Я засунул пакетик в карман, обхватил Эйвери за ноги и перекинул через плечо. Она била меня ногами, пока я тащил её через бар к машине. Её кулачки молотили меня по спине. Я отключил сигнализацию на машине, открыл дверь и бросил её на пассажирское сидение.

- Ты испортил все веселье, ты знаешь об этом? - пробубнила она.

Но все же она потянулась к ремню безопасности и попыталась пристегнуться.

Ворча, я склонился над ней и застегнул ремень.

- Если надумаешь блевать, постарайся предупредить заранее.

Сев за руль, я попытался понять, как так получилось. Как, твою мать, все обернулось таким образом?

Эйвери положила свою щеку на сидение. Её темные глаза сквозь дымку алкоголя оценивающе смотрели на меня.

- Сэди была права. Серые прожилки в твоих глазах такие яркие и сексуальные.

Я поднял брови. И, как ненасытный человек, которым я и являлся, начал прощупывать почву:

- Сэди сказала это, хах? Не похоже на профайлера, которого я знаю.

- Пфф, - отмахнулась Эйвери. - Ты её не знаешь… может, совсем немного.

Точность этого аргумента больно ударила по мне, даже несмотря на то что произнесла его пьяная Эйвери.

- Это правда, - сказал я, выезжая на дорогу. - Тогда почему бы тебе не просветить меня?

На нас обрушилась гнетущая тишина. Я бросил взгляд на Эйвери, пока она возилась с ремнем, и заметил ее волнение.

- Эйвери, доверься мне. Если есть что-то…

- Нет, ничего, - промямлила она.

Тяжело вздохнув, она потрясла головой, словно избавляясь от каких-то мыслей.

- Забудь о том, что я сказала. Я пьяна. Я облажалась, Куинн. Я не понимаю, что говорю.

Я включил поворотник и свернул на другую улицу. Как только остановился около её дома, я положил свои запястья на руль и уставился на небольшой коттедж в темноте. В тишине машины меня отягощали мысли.

- Ты не облажалась, Эйв. Ты - человек. Мы все немного расстроены из-за работы, которую обязаны выполнять.

Я взглянул на нее, мой взгляд остановился на шраме, пересекавшем её губу по диагонали.

- И ты пострадала от работы больше, чем кто-либо еще. Тебе просто нужно… время. Время прийти в себя.

Она моргнула несколько раз, затем вскинула голову и сбросила свои белокурые локоны с плеч.

- Ему стоило убить меня. Потому что, оставив в живых частичку меня, не украв её вместе с моей жизнью… он все равно убил мою душу.

Моя грудь наполнилась болью. Когда мы спасли Эйвери, я почему-то представлял себе, что это конец истории. Знаю, я абсолютно в этом не разбираюсь. Возможно, это было даже немного высокомерно с моей стороны. Наблюдая за всем происходившим, видя этот ад, я все понимал. Но лишь однажды я хотел, чтобы все закончилось хэппиэндом.

Однако мы находимся в суровой реальности. Жизнь продолжается, и Эйвери должна справиться со своими демонами. Но я не тот человек, кто ей нужен, герой, который поможет ей преодолеть это испытание.

Даже учитывая, что тянущая боль в моей груди призывает меня стать именно таким человеком для нее.

Словно прочитав мои мысли, Эйвери потянулась и схватила за полу моей куртки.

Я позволил ей притянуть меня ближе. Она остановилась в миллиметрах от моего лица.

- Ты не такой жестокий, каким хочешь казаться, Куинн, - её взгляд внимательно изучал каждую черту на моем лице.

- Я могу объездить тебя, словно девушка на родео. Обхватить твой член своей киской так крепко, как никто до этого… Я даже позволю тебя сковать меня наручниками, чтобы ты почувствовал контроль над ситуацией…

Господи Боже. Воздух в машине замер. Я старался не дышать, не издавать ни звука. Я был сосредоточен на том, чтобы контролировать свою поднимающуюся плоть, которая каждой своей частью хочет ответить на её предложение.

Обуздав свои гормоны, я посмотрел на Эйвери изучающим взглядом. Я увидел боль, которую она тщательно пыталась скрыть. Это моментально остудило мое желание.

- Проспись, Эйвери, - сказал я, скинув её руку с куртки.

Злость залила румянцем её щеки, а рот остался приоткрытым.

- К черту все. Пока, Куинн. Спасибо, что подбросил.

Дверь машины закрылась с громким хлопком. Я наблюдал, как она шла к дому торопливыми, но более-менее устойчивыми шагами. Теперь я меньше переживаю о её состоянии, так как она, похоже, протрезвела. С ней все будет хорошо. Она, скорее всего, даже не вспомнит об этом разговоре.

Это к лучшему для нее же самой.

Но что насчет моего благополучия? Я чертовски взволнован тем состоянием, в котором она меня оставила.

Но хуже то, что она поселила новую фантазию в мою и без того озабоченную голову.