Внезапно Заал встал и глубоко выдохнул. Когда он повернулся ко мне, его зеленые глаза блестели, мое сердце перестало биться.

Он улыбался. Хоть маленькая, слабая, но улыбка изогнула его губы.

И в тот момент я поняла, что теряю сердце из-за объекта глубочайшей ненависти моей семьи.

Заал подошел ко мне. Мои бедра напряглись. Все в нем было грубым: дикие длинные волосы, темная щетина, оливковая кожа. Он был всем, чего я только могла желать.

— Тебе понравился пляж, Заал? — спросила я и подняла голову.

Заал закрыл глаза. Его губы снова изогнулись в улыбке. У меня перехватило дыхание. Когда он открыл глаза, то кончиками пальцев обвел рот.

— Я чувствую себя… счастливым.

Я прижала руку к груди и закрыла глаза, слишком подавленная тем, через что он прошел. Затем пальцы пробежали по моим волосам.

Я открыла глаза. Заал смотрел на меня с беспокойством.

— Почему у тебя грустный вид? — спросил он по-английски. Часть меня тогда удивилась, откуда он знает этот язык? Эта мысль исчезла, как только он приблизился ко мне.

Я покачала головой.

— Мне грустно от того, как с тобой обращались.

Его черные брови опустились. Я знала, что он все еще не мог понять серьезность и величину того, через что прошел. Я знала, что он не помнит, что сделали с его семьей. Он был воплощением жизни в настоящем, жизни сейчас. Конечно, я обожала, что Заал впервые охватывает и наслаждается жизнью.

— Не обращай внимания, — сказала я, махнув рукой.

— Ты устала? — спросил он.

Я кивнула головой.

— Да, последние пару недель я почти не спала.

Вернувшись на причал, Заал наклонился и поднял меня своими сильными руками. Я не могла не рассмеяться, когда он это сделал. Он поставил меня перед собой и вложил свою руку в мою.

— Мы отдохнем, — твердо сказал он.

Я позволила ему отвести меня в дом, а потом повела вверх по лестнице. Я отвела его в свободную комнату. Когда мы вошли, то я остановилась у двери.

— Ты можешь спать здесь. — Я указала на кровать. — У тебя есть кровать, Заал.

Хватит спать на полу.

Я повернулась, чтобы уйти, как вдруг Заал потянулся к моей руке. Я повернула голову к нему. На его лице был страх. Он прижал меня к груди.

— Куда ты направляешься? — спросил он, его акцент стал сильнее, когда паника пропитала его голос.

— В свою комнату, — прошептала я. Мой пульс участился, я отчаянно смотрела на него.

Его рука опустилась, и пальцы переплелись с моими.

— Я пойду с тобой.

Я знала, что так произойдет. Это был бы тот самый момент, когда я остановила бы себя от падения с обрыва. Это был бы тот самый момент, когда я позвонила бы Луке и сообщила бы, что Заал избавился от чертового наркотика в его теле. Что пришло время прийти и забрать его.

Или я все же спрыгну с обрыва, широко раскинув руки и свободно падая. Я последую туда, куда вело мое сердце. К Заалу Костава, который завладел моей душой.

Подойдя ближе к Заалу, я провела рукой по его груди, мои глаза следовали за пальцами, и я решила упасть.

— Ты идешь туда, куда иду я.

Не глядя ему в лицо, я повернулась и направилась в свою комнату. Когда я вошла, то отпустила его руку и подошла к окну. Я опустила жалюзи. Солнце уже клонилось к закату, яркий зимний день подходил к концу. Я остановилась, когда моя рука задержалась на цепочке. Я была вымотана. Я чувствовала себя измученной, противоречивой, смущенной, но в то же время живой каждой клеточкой своего тела. Адреналин хлынул в мою кровь, воспламеняя все чувства. Причина: Заал.

Глубоко вздохнув, я медленно повернулась. Заал наблюдал за мной. Я знала этот взгляд. Он так смотрел, когда я купала его, когда гладила его член. Держала его, когда мыла ему голову, а потом оседлала его колени.

Добравшись до кровати, я вытащила ночную рубашку из комода. Мои глаза метались взад и вперед к Заалу, который терпеливо ждал у двери. Мое тело так ощущало его присутствие, что большая спальня вдруг показалась мне переполненной и душной. Но правильной.

Бросив ночную рубашку на кровать, я подошла к Заалу и взяла его за руку. Я повела его дальше в комнату. Он последовал за мной, и я указала направо.

— Там есть ванная комната. Возможно, ты захочешь принять душ.

Мое лицо покраснело, когда я вспомнила, как сидела на его коленях в подвале.

Грудь заболела, соски затвердели при воспоминании. Я не могла мыслить здраво рядом с этим мужчиной.

Глаза Заала впились в мои. Он облизнул свои губы. Внезапно его палец коснулся ямочек на моих щеках.

— Ты покраснела. — Его глаза сузились, старательно вглядываясь в каждую деталь.

— Почему?