– Она будто высовывала голову в окно всю дорогу, Стэн. – Нил прыснул, и папа бросил на него предупреждающий взгляд. На этом скупое приветствие от моей матери было окончено, и она зыркнула в сторону Такера.

– Тебе нечем заняться, Такер? – теперь она отбивала ритм другой ногой, скрестив руки на груди, украшенной кроваво-красными бусами.

– Есть, мэм, – он нарочно выделил последнее слово, зная, как это обращение ее взбесит. – Прямо сейчас, например, я приветствую свою подругу, которую не видел уже две недели. Кстати, Сью, твои волосы сегодня просто прекрасны.

Я подавила смешок, глядя на него с благодарностью.

– Дурное воспитание – дурные манеры, чего я вообще ожидаю, – бросила мать, разворачиваясь и скрываясь в доме.

– Если что, звони, – Такер подмигнул мне, отступая в сторону своего дома. – Сэр, парни! – он кивнул мужчинам и исчез за забором из колючих кустарников.

– Добро пожаловать, Крапинка! – папа вымученно улыбнулся, ведя меня на эшафот материнской претенциозности.

Спустя пару часов мы сели ужинать, и, прежде чем я успела занять свое место, мама осмотрела мои руки так, словно мне все еще было восемь, и я копалась ими в саду за нашим домом.

– Что нового, маленькая Сью? – спросил Макс, передавая блюдо с запеканкой Нилу.

Прекрасно. Я надеялась, что хотя бы какую-то часть ужина мне удастся притворяться невидимой.

– Ну, вообще-то… эмм…

– Не мямли, Сьюзан! – ровным голосом проговорила мать, разрезая свой кусок говядины техничными движениями. Готова поспорить, точно так же она мысленно препарировала мозг каждого своего собеседника, не заботясь о последствиях и чувстве такта. Бездушно, цинично, четко.

– Я сменила работу. – Звон посуды стал тише, но никто не решился раскрыть рта. Никто, кроме нее.

– Господь всемогущий, Сьюзан! – воскликнула мать, откладывая приборы и вытирая рот салфеткой. – Ты бросила магазин на плечи бедного Дилана? Ради всего святого!

Я почувствовала, как струны внутри меня натягиваются, готовые вот-вот лопнуть и угодить в ядовитый глаз этой женщины. Медленно досчитала до пяти, а потом на одном дыхании произнесла:

– Если быть точной, это не я бросила магазин, это он бросил меня. Он и его единственный владелец.

На этот раз тишина воцарилась, казалось, даже за пределами дома. Папа посмотрел на меня глазами, полными сочувствия.

– Ох, милая, – вздохнул он, протягивая свою большую и теплую ладонь и накрывая ею мою дрожащую руку. Я все еще крепко цеплялась за нож и вилку, как будто они могли защитить меня от бесконечных нападок матери. – Мне так жаль. – Я кивнула в знак благодарности, не осмеливаясь поднять глаза.

– Подожди, что значит «единственного»? – опомнился Нил.

– То и значит, – посмотрела прямо в лицо женщины, которая меня родила. – Он оформил бизнес на себя прямо за моей спиной. У меня больше ничего не осталось.

– Я убью этого гада! – прошипел Нил.

– А я помогу спрятать труп, – вторил ему Макс. Я усмехнулась, хоть это было совсем не весело.

– Он не мог так поступить, не будь идиоткой, – вмешалась мать. Она вообще слышала, что я сказала? – Дилан хороший мальчик. Держу пари, это нелепая ошибка.

Нелепая ошибка – это когда женщина, которая сомневается, помыла ли ее двадцатисемилетняя дочь руки перед едой, верит в парня, которого едва знает, сильней, чем в Господа Бога.

В горле образовался давящий ком. Все взгляды за столом снова были направлены на меня.

– И тем не менее он именно так и поступил, – меня душили слезы, но я продолжила: – Уж не знаю, в каком мире ты живешь, мама, но Дилан – не прекрасный принц. Он – чертов козел, и мне ни капельки не жаль, что в итоге мы расстались. Есть только одна вещь, о которой жалею. Ты оказалась права, твоя дочь – полная идиотка.

– Сьюзан… – с придыханием произнес папа, поглаживая мою руку. – Донна, ты несправедлива к нашей дочери, – он с укором поглядел на жену. Та не повела и бровью.

– Нет, папа, это правда. Только такая бестолковая женщина, как я, могла довериться мужчине, не заботясь о своих интересах. Теперь буду умней.

– А вот здесь у нас копировальная комната, – Саманта, она же Сэм, временный секретарь Райана, вела инструктаж, показывая мне офис фирмы. Девушка понизила голос до шепота. – Но во время обеда сюда лучше не входить.

– Почему? – полюбопытствовала я, осматривая помещение.

– Коннор, наш главный менеджер, любит уединяться там с другими сотрудницами, – она огляделась, проверяя, чтобы никто не услышал. – Ну, ты понимаешь.

Еще как, черт побери!

– Райан в курсе? – На первый взгляд он производил впечатление босса, которому было абсолютно плевать на своих сотрудников.