Сон всегда был моим больным местом. Мне столько нужно было переварить, столько всего обдумать! Иногда мой мозг проигрывал одну и ту же мысль снова и снова, пока я не начинала думать, что схожу с ума. Мой мозг никогда не отключался, и вот уже раннее утро, новый день и новые проблемы. Проснувшись, я не могла избавиться от ощущения тревоги. Я будто неслась по крутому спуску вниз, набирая скорость. Порой я сидела ночами с макбуком на коленях, слушая Барбру, и пробовала немного поработать. Я не успевала опомниться, как было уже пять утра, и я не понимала, как пролетела ночь.

Я постоянно составляла списки в уме — чем я лучше нее, как я могу сделать его счастливее. Если он уйдет от нее, Мерси какое-то время сможет быть у нас. Я стану ее матерью, и моя семья станет полной. А вдруг она обо всем узнает раньше времени? Эти мысли не давали мне спать. Я должна быть безупречной подругой, чтобы она ничего не заподозрила.

Правда на моей стороне, а ошибается она.

Когда она не звонила и не приглашала на ужин, я брала инициативу в свои руки. Я отправила ей свое фото в душе без одежды. Я делилась с ней вдохновляющими цитатами и историями, раз уж она снова стала писать. Напросилась в гости под предлогом приготовить ужин, чтобы дать ей поработать. Она то игнорировала меня, то отвечала. Чистое сумасшествие, как и положено творческому человеку. Я тоже ощущала себя творческой натурой, только вот способа самовыражения пока не нашла.

Поначалу она сопротивлялась, но потом — вот чудо! — начала соглашаться. Я помчалась на рынок, бросая в корзину продукты, способные впечатлить — козий сыр, руккола, самая постная органическая говядина, которую можно было отыскать. Затем я появлялась на пороге их дома с особым угощением для Мерси — девочка была всегда так рада меня видеть! Наше общение с Дариусом вышло на новый уровень, и он был менее внимателен, избегал моего взгляда, не обращался ко мне напрямую. Я так и хотела сказать ему, чтобы прекратил эти шутки и стал нормально себя вести. Но, подумав, я поняла, что он оплакивает конец своего брака, и решила оставить его в покое. Нам обоим нужно было время, чтобы со всем разобраться.

Джолин дала мне номер своего стилиста, когда я попросила.

— У меня запись через две недели. Решила покрасить волосы в черный к зиме.

В черный? Ее волосы и так чернее-черного, куда еще темнее? В любом случае, я записалась к стилисту раньше нее и стала обладательницей черной шевелюры первой. Я внимательно наблюдала за выражением ее лица, когда она увидела меня с новым цветом. Шок. Да, для меня это кардинальная смена имиджа!

Правда на моей стороне, а ошибается она.

— Где твой дуршлаг? Извини, что мешаю.

Я бросила взгляд туда, где она сидела за работой.

Она указала на шкаф и улыбнулась. Порой я не замечала ее присутствия в комнате. Я вздрогнула, подумав о Дариусе. НЕТ! Не хочу больше стоять ни на чьей стороне. Я могу дружить с ними обоими, любить обоих. Может, когда Дариус и я будем вместе, я смогу остаться подругой Джолин. Она поймет, насколько они друг другу не подходили, будет счастлива с Райаном, и захочет сохранить хорошие отношения со мной ради Мерси.

Я приготовила запеканку под звук клавиш Джолин, мечтая о том, каково будет ощущать член Дариуса внутри. Буду ли я громко стонать, как она, когда я слышала ее голос сквозь открытые окна? Будет ли он целовать меня, пока я кончаю? Мои руки слегка дрогнули. Я делала запеканку для Дариуса. Я хотела быть его идеалом: готовка, тело, рот. И, конечно, я готовила запеканку и для себя, в качестве доказательства, что я могу быть хорошей подругой, какой бы недостойной я не считала Джолин. Вот такая борьба.

Я вынула запеканку из духовки, когда раздался звонок в дверь. Открыл Дариус, и дом наполнили голоса Аманды и Холлиса. Она знала, что они придут? А он? Никто и слова мне не сказал — что за грубость! Джолин встала и прошла через всю комнату. Я пыталась поймать ее взгляд, но она шла напрямую к Аманде, улыбаясь, будто я перестала существовать. Я ринулась в туалет, почувствовав внезапный приступ тошноты. Я слышала, как они разговаривали, и вчетвером отправились на кухню. Я нацепила на лицо улыбку и достала тарелки из шкафа, притворившись, что не заметила удивленное лицо Аманды.

— Фиг, твой цвет волос! — сказала она. Я намотала прядь на палец, пока ее взгляд переключался с меня на Джолин и обратно.

— Вы останетесь на ужин? — спросила я, чтобы ее отвлечь.

Аманда посмотрела на Джолин, и та кивнула.

— Хорошо, что я сделала такую огромную запеканку!

Я принялась накрывать на стол на шестерых, наливая вино в бокалы, бросая кубики льда в стаканы для воды. Я не смотрела в их сторону, но чувствовала взгляды на себе. Гадюки. Жестокие сучки. Вот вся их суть. Джолин не первая и не последняя брюнетка, поэтому они могут идти куда подальше.

Поставив салат на стол, я позвала всех к столу.

— Так вот, значит, каково иметь двух жен, мужик! — засмеялся Холлис, осматривая все великолепие на столе и похлопывая Дариуса по спине.