— Думаю, в конце концов оно само тебя нашло, — сказал он с ухмылкой в голосе. — Или, если быть более точным, я нашел тебя.

— Как долго ты преследовал нас? — спросила я, поднимая голову, игриво прищурив глаза.

Он усмехнулся, опуская руку на мою задницу и сжимая ее.

— Я не преследовал, я наблюдал.

— Это одно и то же, — указала я.

— Я просто должен был убедиться, что вы те, за кого мы вас принимали.

— А как ты узнал, кто из нас кто, раз мы близнецы Вега, когда ты нашел нас? — задумалась я.

— Магические подписи, — сказал он тем профессорским тоном, от которого мне стало жарко. — Элита регистрируется при рождении. У меня было специальное устройство, чтобы я мог прочесть тебя.

— Хм, что за специальное устройство? — Я ухмыльнулась, покачивая бедрами навстречу ему и срывая стон с его губ. Мой голод по нему был ненасытен. Каждый раз, когда я думала, что с меня хватит, я обнаруживала, что снова изголодалась по нему.

— Это длинное, твердое устройство, которое живет у меня между ног. И ты ему очень нравишься, — подыграл он, и на его правой щеке появилась ямочка, заставившая меня наклониться вперед, чтобы лизнуть ее. Он засмеялся, сжимая мои бедра и прижимая меня к себе с рычанием желания.

Где-то в комнате раздался звон колокольчиков, и Орион вздрогнул, скатывая меня с себя и хватая свой телефон с тумбочки. Я нахмурилась, когда он ответил, напряжение в его мышцах заставило меня забеспокоиться.

— Франческа? — ответил Орион, а я поджала губы. Почему у него есть личный рингтон для Фрэн? И почему она звонит так чертовски поздно? — Где?… Хорошо. Да, я буду там в течение тридцати минут.

Он повесил трубку, встал с кровати и направился к своему шкафу, чтобы взять какую-нибудь одежду и начать одеваться.

Я села, сдвинув брови, пытаясь игнорировать воюющий укол ревности в моей груди.

— Что происходит?

Он натянул джинсы, застегивая их, когда подошел ко мне, наклонился и поцеловал меня в лоб. Мой долбаный лоб.

— Я вернусь до рассвета.

Я прищурилась, когда встала вслед за ним с кровати, и он отвернулся, чтобы натянуть рубашку.

Я натянула нижнее белье и уперла руки в бедра.

— Объясни, — потребовала я. — Потому что это прозвучало так, как будто ты только что ответил на телефонный звонок своей бывшей девушки посреди ночи, а теперь ты убегаешь, чтобы встретиться с ней по щелчку ее пальцев.

Орион повернулся ко мне, нахмурившись.

— Голубок …

— Что? — Я подняла брови, ожидая, мое сердце тревожно колотилось. Мне не нравилось это чувство. Я знала, что мы были нерушимы. Но я все равно не собиралась отпускать это без веского объяснения.

Он вздохнул, наклоняясь, чтобы поднять с пола мои джинсы и рубашку. Он протянул их мне, и его глаза потемнели.

— Если я расскажу тебе, ты будешь настаивать на том, чтобы пойти. И я собираюсь пропустить спор и просто скажу: держись чертовски близко и выполняй мои приказы.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — спросила я, когда он двинулся вперед, натягивая мою темно-зеленую рубашку через голову. Я просунула руки в рукава, затем выхватила свои джинсы из его рук, не желая быть одетой как малышка.

Орион потер густую щетину на подбородке.

— Я и Дариус годами работали с Франческой, чтобы держать популяцию Нимф под контролем.

— Что ты имеешь в виду? — Узел в моем животе ослабел, когда я увидела правду в его глазах, но мое сердце начало биться по совершенно другой причине.

— У Франчески есть глаза по всему королевству, выслеживающих Нимф. Обычно ими занимается оперативная группа ФБР, но в последние пару лет их численность выходит из-под контроля. Поэтому она нанимает нас и кучу других подчиненных оперативников, чтобы разобраться с ними. Конечно, это чертовски незаконно, но Франческа больше заботится о безопасности гражданских лиц, чем о том, чтобы рисковать своей работой. И мы с Дариусом вызвались добровольцами, потому что, ну, мы чертовски хороши в этом.

— Ты и Дариус… вы убиваете Нимф? — Я вздохнула, этот факт приобрел большой смысл. Как в тот раз, когда я видела, как он разговаривал с Фрэн в баре в Тукане, обсуждая чье-то убийство. Это было примерно так. Я с хмурым видом ударила Ориона в грудь. — Почему я слышу об этом только сейчас?

Его губы изогнулись в кривой улыбке, его глаза вспыхнули, как будто ему нравилось, когда я его била.

— Мы не гонялись за ними целую вечность, и, как я уже сказал, это чертовски незаконно. Я не собираюсь подставлять тебя, если ФБР когда-нибудь постучится в дверь.

Я скрестила руки на груди, пристально глядя на него.

— Чего еще я о тебе не знаю?

Он засмеялся, придвинулся ближе и обхватил мою щеку ладонями.

— Я теперь не что иное, как открытая книга, обещаю. Это мой последний секрет.

— Почему я тебе не верю? — прошептала я, и он крепко прижался своими губами к моим.