— Тебе это может понравиться, — промурлыкала она и почти игривый тон ее голоса заставил меня пожелать, чтобы все так и осталось. Как бы я ни боролся с этим, она становилась все дороже для меня и когда она была так близко, мне было трудно держать свои стены.

— Давай, попробуй, — поддразнил я, наклонив голову, чтобы обнажить горло. Мистис стоял к нам спиной и ее глаза сверкнули в ответ на вызов.

Она бросилась вперед со своей вампирской скоростью, но я уже успел привязать заднюю часть ее пиджака к полу лозой. Она дернулась назад и я ухмыльнулся, когда она разорвала путы взмахом руки.

— Черт, — шипела она.

— Хреново для тебя, — сказал я с победной ухмылкой. — Я слышал, у меня ангельский вкус.

— Кто сказал? — промурлыкала она, а затем нахмурилась, выдавая свою ревность по поводу того, что кто-то еще может укусить меня.

Я ничего не ответил, повернувшись лицом к своей миске, чувствуя, как ее глаза следят за мной, словно я был куском сырого мяса.

— О, хорошо, у меня есть Штормовой Дракон и Василиск на кране. Они же электрический экстаз и горячий молочный коктейль. Ты не можешь быть вкуснее их.

Я старался не ненавидеть ее за эти слова. Но я ненавидел. Я ненавидел то, что она кусала их, я ненавидел то, что их руки блуждали по ее телу, пока ее рот был на их шеях. Я ненавидел, что они поделились с ней чем-то и что я никогда больше не поделюсь с ней чем-то.

Остаток урока я провел, разговаривая как можно меньше, и к тому времени, когда мы собирали вещи, я чувствовал слабость. Слишком долгое пребывание в ее обществе дало звездам время подточить мою силу воли и я уже снова хотел увести ее на крышу, чтобы провести еще одну ночь с ней в моих объятиях. Но когда она уходила, даже не попрощавшись, я понял, что меня ждет сегодня ночью и мне не пришлось гадать.

Я буду один. Как всегда. Как и должно было быть.

Класс вышел из аудитории и мой взгляд задержался на Элис, которая шла в ногу с Леоном, обмениваясь какими-то шутками, пока они выходили за двери. Я сдержался, желая поговорить с Мистис и стараясь не чувствовать боли, которая проникала в мое тело из-за нее и Льва.

Я помог собрать чаши для гадания, когда последние ученики покинули зал и направился вылить воду в большой бассейн в конце комнаты.

— Твоя аура довольно тяжелая, Габриэль, — нарушил тишину Мистис, появившись рядом со мной, с очередной стопкой чаш.

Я кивнул, ссутулив брови, глядя на него. — В последнее время все было… сложно, — не было смысла лгать ему. Мистис был мастером магических искусств, он мог читать мое настроение и даже улавливать сигналы о том, что его вызывает, если бы захотел.

— Я думал о том, что вы сказали на днях. Вы упомянули, что на моих способностях может стоять блок…

— Но это не то, что вызывает этот груз на тебе, — размышлял он.

— Нет, но это важно. Как я могу сломать что-то вроде этого? — спросил я, в моем тоне звучало отчаяние. Если бы я мог разобраться в своих дарах, я мог бы принимать более правильные решения. Мне не пришлось бы причинять Элис такую боль, если бы я знал, какой путь выбрать.

Мистис задумчиво посмотрел на меня. — Он должен быть либо сломан фейри, которые наложили его на тебя, либо…

— Либо? — я надавил, ища в его глазах ответ, прежде чем он его даст.

Он опустил взгляд. — Вполне возможно, что ты сможешь сломать его самостоятельно. Ты силен, Габриэль. Если ты будешь продолжать проникать в видения и хвататься за небесные сигналы…

— Это никогда не становится легче, — вздохнул я. — Я не думаю, что это выход.

— По крайней мере, продолжай пытаться. Важные видения будут более яркими, тебе будет легче увидеть их, когда у тебя будет эмоциональная потребность в них, — я размышлял над этим, пока он начинал складывать пустые миски в стопку. В ту ночь, когда Элис забрали в лес, я обнаружил, что Зрение стало более доступным для меня, чем обычно. Это давало мне некоторую надежду на то, что в будущем я смогу получить видения, способные защитить ее.

Мистис взглянул на меня уголком глаза, словно ожидая, что я скажу что-то еще. — Ты собираешься рассказать мне, что на самом деле тебя гложет?

Я провел пальцами по волосам, глядя на клубящиеся глубины озера над головой. — Я обнаружил свою Элизианскую Пару.

Мистис глубоко вздохнул от удивления. — Как чудесно.

— Нет, — выдохнул я, резко сверкнув глазами. — Это не так.

— О. И почему нет?

Я выпустил вздох разочарования. — Это сложно. Я не могу быть с ней. Пожалуйста… скажите мне, что есть способ разорвать эту связь. Я пытаюсь держаться от нее подальше, но иногда это кажется просто невозможным.

Глаза Мистис вспыхнули беспокойством. — Клянусь звездами, Габриэль, зачем тебе это нужно? Ты, должно быть, причиняешь себе неизмеримую боль.