— Мы разделили силу в ночь, когда сражались с Королем, почему сейчас все по-другому? — спросил я.
— Потому что это было ради спасения Элис. Я не могу поделиться силой с тобой, Лев. И не буду.
— Значит, ты признаешь, что Элис тебе небезразлична, — я опустился и сел на пол, подняв брови, поскольку я осмелился заставить его отрицать это.
Он хрюкнул. Что в его мире было практически криком «да!».
— Она тоже заботится о тебе, — сказал я, нахмурившись. — Ты все еще можешь проводить с ней время, понимаешь? Мне все равно.
Он выдохнул через нос. — Я трахнул ее, я получил то, чего хотел. Теперь ты можешь быть с ней.
Я прорычал в предупреждении, мой Лев поднял голову. — Ты можешь отрицать все, что тебе нравится, придурок, но если ты еще раз заговоришь о ней, как о пустом месте, я переключусь и оторву твою гребаную башку.
Он долго разглядывал меня, затем жестко кивнул в знак согласия.
— Она не пустое место, — сказал он после минутного молчания, устремив взгляд на стену.
— Ты тоже, — сказал я, мое сердце забилось сильнее. — Я скучаю по тебе.
— Из-блядь-вини? — замялся он, повернувшись ко мне с суженными глазами.
Я пожал плечами. — Это правда.
— Ты скучаешь по мне? — ошарашено спросил он. — Я никогда не был твоим другом, мы едва знакомы. На самом деле, ты просто кошка, которая иногда царапается в мое окно, и которую мне нужно прогнать.
— Нет, я для тебя нечто большее, — сказал я задиристо, и он хмыкнул. — Мы сражались бок о бок друг с другом, мы связаны этим. С Элис. Всем, что мы готовы сделать для нее. В этом мы похожи. А помнишь, когда я умер, а ты оставил на мне кровавый отпечаток руки, потому что тебе было грустно и все такое? — я достал свой Атлас и открыл фотографию, которую я тогда сделал. Я даже добавил надпись «лучшие друзья навсегда», потому что, очевидно, к этому все и шло. Я знал это уже тогда. — Я твой маленький приятель, — я помахал перед ним фотографией, и он мрачно посмотрел на меня.
— Ты не мой маленький приятель, — он взял эти слова в кавычки, отталкивая Атлас от своего лица. — У меня нет приятелей. Мне не нужны приятели.
— Каждому нужен маленький друг, — настаивал я, и Райдер поднялся на ноги с сердитым шипением.
— Хватит болтать, — потребовал он, указывая на меня.
— Я не могу. Я болтливый человек. И у нас есть двадцать четыре часа, так что мне нужно убить очень мноооого времени. Скорее всего, я буду болтать. И дремать. Будет немного сна. Но когда это закончится, разговоры начнутся снова.
— Просто. Прекрати, — наполовину умолял он, направляясь обратно ко мне, глядя на коробку.
— Все может прекратиться, если ты просто засунешь в меня свою силу, Райдикинс, — подбодрил я. — Просто введи ее. Только кончик.
Он фыркнул от смеха, не успев остановиться, а затем попытался прикрыть его яростным шипением. Но я раскусил его. Он находит меня забавным. В глубине души, под всей этой безэмоциональной чушью, которую он демонстрировал миру, билось сердце, которое нуждалось в любви не меньше, чем сердце другого парня. И у меня было много любви, чтобы дать. Бесконечное количество. Поэтому я с удовольствием позабочусь о нем, пока он не впустит меня.
— Хорошо, но только потому, что я не хочу больше ни секунды проводить в твоей компании, — согласился Райдер, протягивая мне руку.
Я встал и взял ее, просунув свои пальцы между его пальцами. Он снова попытался отдернуть руку, но я хитро улыбнулся и крепко сжал ее.
— Расслабься, милый, это продлится всего секунду, — поддразнил я, и его глаза стали змеиными и яростными.
— Ты так говоришь, когда собираешься трахнуть Элис? — бросил он, и я рассмеялся. Явно не та реакция, на которую он рассчитывал.
Я позволил своей магии надавить на края моей кожи, пока она не прижалась к ладони Райдера. Его барьеры были крепче, чем утиная задница, но если он не успокоится и не впустит меня, мы действительно застрянем здесь. А я не сплю на твердом полу без отопления. Я бы очень хотел быть в своей собственной постели сегодня вечером с моим маленьким вампиром, обернутым вокруг меня в обнаженном виде, только что оттраханным и сияющим. Я бы не спал здесь, как какой-то отверженный уличный кот в сарае. В. Сарае.
— Райдер, — пропел я. — Ты не очень-то стараешься.
Он посмотрел на меня, и я понял, что это будет невыполнимая миссия, если он не расслабится.
Я вздохнул, опустив взгляд на него, решив, что для того, чтобы заставить его сделать это, потребуется нечто большее, чем мои шутки. — Слушай, чувак, мне действительно жаль, что ты так страдаешь из-за Элис. Ты не обязан подтверждать это или что-то еще, ты можешь сколько угодно придерживаться этого бессердечного дерьма. Но я видел правду. Я знаю тебя, даже если ты не хочешь, чтобы я знал тебя. И… это дерьмо. Я не хочу, чтобы Элис потеряла тебя.