— Возможно, но, полагаю, не слишком удивляет тот факт, что в молодости Дикий Король тоже был диким, — сказал я, тихо радуясь тому, что запятнал имя Хейла еще больше, чем мне это удалось при его жизни. — Он также был капитаном команды по питболу и не позволил мне играть, несмотря на мое мастерство в этой игре.

— Вы хорошо играли в питбол? — с любопытством спросила Порция, и вдруг толпа начала смеяться, и я удивленно обернулся, взглянув на них, заметив, что их взгляды устремлены на что-то над моей головой. Я развернулся и обнаружил видео, на котором был запечатлен я в Академии Зодиака в тот день, когда пробовался в команду по питболу.

Хейл лениво бросал в мою сторону мячи, а я не мог поймать ни одного из них, не раз падал в грязь, в то время как ярость отражалась на моем лице. Меня затянуло в это воспоминание, гнев бурлил в моей крови, а смех все громче звучал в моей голове. Звук начал воспроизводиться на видео, когда у Хейла закончились питболы, и я вздрогнул от его голоса.

— Я думал, ты сказал, что ты хорош, — рассмеялся Хейл, и мой правый глаз дернулся при воспоминании о тех словах.

— Я хорош. Я лучший, — с рычанием настаивала молодая версия меня.

— Возможно, тогда ты лучше защищаешься. Попробуй остановить меня, чтобы я не сбил тебя с ног, — скомандовал он, тут же набросившись на меня. Я использовал магию воздуха направо и налево, но он уклонялся от каждого удара и столкнулся со мной как таран, моя спина ударилась о землю под его весом, и из меня вырвался крик, который звучал совершенно по-женски, что вызвало всеобщий смех в театре.

Видео закончилось, и из моих ноздрей вырвалась струйка дыма, когда я обернулся и посмотрел на Порцию. Кто, блядь, раздобыл это видео? И как она посмела посчитать уместным включить его во время интервью!

Я сдержал себя, сохраняя спокойствие и не позволяя никому увидеть мое внутреннее расстройство.

— Вы уверены, что вы были хороши, мой король? — спросила Порция с дразнящей ноткой в голосе, и я позволил легкому смеху сорваться с моих губ, а мои руки сжались на подлокотниках кресла.

— В тот самый день я заболел гриппом Фейри, — постарался я отшутиться, когда толпа угомонилась. — Уверяю вас, я сокрушил его на поле неделей позже, когда выздоровел, но Хейл замял мое второе испытание, не желая, чтобы мой талант был признан.

— Понятно, — облегченно сказала Порция. — Что ж, давайте перейдем к другим важным отношениям в вашей жизни. Ваш брат Рэдклифф Акрукс трагически погиб, когда ему было всего двадцать лет, но, должно быть, он и до этого оказывал на вас большое влияние? — спросила она, и экран, к счастью, изменился, но мое нутро сжалось, как твердый шар, когда на нем появилась фотография Хейла, Азриэля, Тиберия, Антонии, Мелинды и Рэдклиффа, широко улыбающихся в грязной форме команды Зодиак Питбол.

— Действительно, — сказал я, печально кивая головой, когда отвернулся от изображения своего брата, улыбающегося со своими друзьями, получая удовлетворение от того факта, что он и двое других Фейри на этом изображении теперь лежат мертвыми в земле. — Рэдклифф был хорошим братом, но он хорошо скрывал свои слабости. Я впервые говорю об этом, но… когда я только должен был Пробудиться, Рэдклифф признался мне, что чувствует, как ему пришлось блефовать, чтобы стать Наследником, как он убедил отца, что он самый сильный в семье, хотя на самом деле он видел силу во мне. После моего Пробуждения он снова пришёл ко мне и спросил, не соглашусь ли я поубавить свою силу на несколько лет, чтобы он мог подольше насладиться статусом Наследника — ведь это было всё, кем он когда-либо хотел быть, хотя в глубине души знал, что я могу отнять этот статус в любой момент, и со временем так и сделаю. Я, горячо любя своего брата, обещал хранить правду о своей огромной силе в тайне, пока не придет время подняться и победить его в поединке, чтобы занять его место. Но, конечно, позже произошло самое печальное из событий, которое забрало его раньше времени и не оставило мне другого выбора, кроме как принять эстафету, так и не сразившись с ним за место. — Я посмотрел прямо в камеру, делая вид, что вытираю слезу из-под глаза. — Я знаю, что сегодня ты будешь наблюдать за мной из-за Завесы, Рэдклифф, и я хочу, чтобы ты знал: я буду править хорошо и принесу бесконечную славу имени Акрукс ради нас обоих.

В зале раздались аплодисменты, и Порция грустно улыбнулась.

— Да, действительно, это была ужасная трагедия, но она не осталась без внимания, — сказала Порция, отчего у меня по позвоночнику пробежала дрожь.

— Без внимания? Что именно? — Я прикинулся дураком. Я видел всю эту чушь, напечатанную в Дейли Солярии, заговоры, указывающие на скрытое убийство. Но никаких доказательств так и не нашли, и я, конечно, не желаю обсуждать такие вещи в прямом эфире на ебаном телевидении.