— Кто подозреваемые? — надавил я, но я видел, что она не собирается рассказывать мне, еще до того, как она покачала головой. Я не хотел ставить под удар ее работу, но нимфы активизировались, и нужно было что-то делать. Я не мог просто сидеть сложа руки и позволить произойти еще одному нападению.

— Если ты назовешь мне имя или два, я всегда смогу держать уши обращенными в их сторону. Вампирский слух, помнишь?

— Я не могу, Лэнс, — вздохнула она. — Но послушай, есть еще кое-что, что меня интересует. Вега.

Мое сердце екнуло, но я сохранил нейтральное выражение лица, ожидая, пока она продолжит.

— Я видела много воспоминаний о том, что они сделали во время боя. И ты был с одной из них — Тори, кажется?

— Дарси, — прорычал я чуть более твердо, чем намеревался. — Да, я был вместе с Дарси Вега в течение некоторой части схватки.

— Значит, ты, должно быть, был рядом с ней, когда она использовала тот огонь, — с интересом сказала она. — Представь, если бы мы могли использовать такое оружие против нимф…

— Вега — не оружие, — сказал я. — И чем меньше они связаны с нимфами, тем лучше. Если их силу когда-нибудь отнимут…

— Да, но, возможно, их огонь — это то, чем можно владеть отдельно от них. Если бы мы могли заключить его в сосуд, вооружиться им…

— Нет, — прошипел я, и ее губы разошлись от свирепости, с которой я произнес это единственное слово. Я не был полностью уверен, откуда взялся мой гнев на это предложение, но сейчас он пульсировал во мне, и я не собирался его отпускать.

— Что значит «нет»? — спросила она, смеясь, пытаясь поднять мое настроение, но я не поддавался.

— Это противоположность «да». Они первокурсницы, не говоря уж о том, что они принцессы. Нам не нужна их сила, чтобы справиться с этой ситуацией.

— При всем уважении, Лэнс, это не тебе решать, — возразила она, и я поднялся со своего стула, глядя на нее сверху вниз.

— Решать мне. Потому что я — одно из твоих секретных оружий против нимф, вместе с Дариусом Акруксом. Нам не нужна помощь Вега. Мы сами прекрасно справляемся с проблемой. И я не хочу, чтобы необученных фейри пытались использовать в этой войне.

— Это политический вопрос, я полагаю? — закатила она на меня глаза. — Твое предубеждение против Вега означает, что ты не можешь воспринять, насколько полезными они могут быть для нас в этой борьбе. Я не предлагаю им выйти на линию огня, на самом деле, я против такого, но если мы сможем завладеть их огнем…

— Нет, — снова огрызнулся я. Мы редко спорили, и я не хотел, чтобы это переросло в тотальную схватку, но в этом вопросе меня было не переубедить.

— Почему бы и нет? Ты ведь Связной Тори, не так ли? Ты можешь просто посмотреть, сумеешь ли ты использовать его…

— Дарси, — выпалил я, мой позвоночник обдало жаром.

— Неважно, — в отчаянии произнесла она. — Все, что тебе нужно сделать, это сказать ей, что ты хочешь изучить ее огонь, дабы выяснить ее Орден, и попросить бросить немного огня в различные сосуды, чтобы посмотреть, что сможет его удержать.

— То есть, обмануть ее? — усмехнулся я.

— Почему ты так огорчаешься? — ее тон смягчился. — Ты ненавидишь Вега, и это не более сомнительно, чем отправиться охотиться на нимф с Наследником огня.

— Я не ненавижу их, я просто анти-роялист, — сказал я, не зная, почему я решил прояснить это.

— Большая разница, — с улыбкой сказала она, пытаясь выбить из меня хоть немного податливости, но я почему-то не мог на это согласиться.

— Я не хочу, чтобы это зашло дальше, Франческа, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Обещай мне, что этого не будет.

Она пожевала внутреннюю сторону щеки, словно хотела настоять на своем, но когда я шагнул ближе к ней и ее взгляд опустился к моему рту и вернулся к глазам, она кивнула, подчиняясь мне.

— Хорошо, — сказала она, задыхаясь, и подняла руку, вцепившись пальцами в мою рубашку, тем самым притягивая меня к себе.

Я видел похоть в ее взгляде и жажду поцелуя, который я не хотел дарить. Мой рот все еще оставался заклеймен после поцелуя с Дарси в том бассейне, словно он оставил на мне жгучий след, который я никак не мог удалить.

Франческа закрыла глаза, наклонилась и настойчиво потянула меня за рубашку.

— Мы не можем заниматься этим здесь, — пробормотал я, выпрямляясь, и она открыла глаза, глядя на меня в замешательстве. Но я не знал, что именно меня смущает. Мы всегда возвращались к тому, что были друзьями за пределами спальни, это никогда не было чем-то большим.

— Да, конечно, — сказала она, прочищая горло, и я отступил назад, стараясь не думать о своих действиях слишком много. Неужели я сделал это из преданности к девушке, которая абсолютно не была моей?

— Мы должны приступить к допросу, — сказал я. — Вошер, вероятно, сейчас пытается нацепить на студента один из своих страпонов.