Приложению Uber не удалось найти мне попутку, и я зарычала, пытаясь еще раз, просматривая карту в поисках каких-либо машин поблизости. Нигде ни одной не было. Я знала, что мы находимся у черта на куличках, но это было издевательством. Подходя к воротам, я погуглила службы такси и заметила Монро, который стоял у них и разговаривал с охраной.

Просто мне чертовски повезло.

Что ж, он ничего не может поделать с моим отъездом. Если я захочу уйти, я уйду.

Я набрала номер ведущей фирмы такси и поднесла телефон к уху. Он переключился на автоматическую голосовую почту, и я нахмурилась, когда женщина заговорила.

— Мы сожалеем, но из-за новых правил, введенных в действие губернатором штата Троем Мемфисом, мы больше не можем предоставлять наши услуги. Мы ценим вас как клиента и надеемся, что…

Я прервала звонок, мое сердце сбилось с ритма, когда я убрала телефон обратно в карман. Какие новые правила?

Я тяжело дышала, составляя новый план уехать как можно дальше от этого места. Я бы отправилась автостопом во владения моего отца в Элмвуд-Форест, в нескольких часах езды отсюда. У меня был ключ, так что даже если бы его там не было, я могла бы отсиживаться в доме, пока не придумаю, что делать. И с учетом мер предосторожности, которые папа предпринял, покупая его в качестве конспиративной квартиры на судный день, я знала, что никто, кроме нас, не сможет его найти.

Я подошла к воротам, но Монро преградил мне путь прежде, чем я успела их открыть. Дверь была закрыта на висячий замок и цепочку, и я нахмурилась, когда подняла свой пристальный взгляд, чтобы встретиться с ним.

Его брови сошлись на переносице при виде выражения моего лица, затем он скрестил руки на груди.

— И куда, по-твоему, ты направляешься, принцесса?

— Я ухожу. Открой эти ворота, — коротко попросила я.

— Уходишь? — Он усмехнулся. — Вы что, богатые детки, не читаете новости?

Я стиснула зубы, не в настроении выслушивать его отношение.

— Я видела статью о моем отце, и это полная чушь.

— Ну, правда это или нет, мне действительно насрать. Но если бы ты оторвала голову от своей отбеленной задницы на достаточно долгое время, чтобы прочитать остальные новости, ты бы знала, что штат Секвойя сейчас находится в карантине и всем необходимо укрыться на месте до дальнейшего уведомления.

— Что? — Я ахнула, мое сердце колотилось о грудную клетку, как будто пыталось прорваться сквозь нее и вырваться на свободу без меня.

— Я не люблю повторяться, — протянул он, проводя рукой по своим темно-русым локонам. — Слушай внимательно… По закону штата учащиеся школ-интернатов обязаны оставаться в своих школах до тех пор, пока их родители не приедут за ними лично. Все, кого не заберут, останутся здесь в Эверлейке до тех пор, пока карантин не будет снят.

Мои легкие сдавило в груди, когда я попыталась втянуть воздух.

— Ты что, издеваешься? — Я зарычала, пытаясь пройти мимо него, но он положил руку мне на плечо.

Я отпрянула от него, не желая, чтобы кто-нибудь прикасался ко мне прямо сейчас, не говоря уже о парне, который говорил мне, что я должна оставаться в этой адской дыре.

— Хотел бы я, чтобы это была гребаная шутка, потому что я тоже застрял здесь, — сухо сказал он. — Так что давай, возвращайся в класс, принцесса.

— А что, если я откажусь? — Прошипела я.

— Тогда стражникам разрешается поймать тебя и посадить обратно в твою позолоченную клетку, — сказал он, указывая на придурков в черной форме за воротами. У двоих из них даже были собаки на цепи. Предполагалось, что они должны были защищать богатых детишек, но теперь их использовали против них самих. Против меня.

Мое сердце разбилось вдребезги, когда я смотрела на длинную подъездную дорожку, которая вилась и исчезала из виду за воротами. Свобода была так близка, и все же так недостижима. Насколько я знала, это был единственный путь в кампус или из него. Восьмифутовая стена окружала периметр с металлическими шипами, достаточно острыми, чтобы проткнуть антилопу. Если они не пропустят меня через эти ворота добровольно, я никогда отсюда не выберусь.

Нет. Никогда не говори "никогда", Татум. Помни, чему тебя учил папа.

Я снова повернулась к Монро, проглотив свою гордость и позволив ему увидеть, насколько сильно я разрывалась внутри. Всего на секунду. Просто на случай, если его можно склонить на мою сторону.

— Пожалуйста, — выдохнула я срывающимся голосом. — Я не могу здесь оставаться.

Он внимательно посмотрел на выражение моего лица, нахмурившись, затем покачал головой.

— Таковы правила, мисс Риверс. Мы все должны следовать им.

Моя маска вернулась на место, когда я зарычала на него.

— Это чушь собачья, — огрызнулась я, поворачиваясь к нему спиной и таща свой чемодан обратно к школе.