Я перекатился к своему мобильному телефону, взглянув на идентификатор вызывающего абонента, чтобы убедиться, что это не какая-нибудь охотящаяся за членом второкурсница, которая каким-то образом умудрилась раздобыть мой номер и решила попытать счастья, предложив мне минет после пробуждения. Такое дерьмо случалось и раньше, не раз, хотя после того, как я исключил тех девушек, казалось, что все пошло наперекосяк. Большинство из них осознали тот факт, что Блейк был единственным из нас, кого могло соблазнить это дерьмо. Я сам охотился на свою добычу и точно говорил им, в какое время суток мне удобнее отсосать свой чертов член, а Киан просто продолжал свои занятия за пределами кампуса. К счастью для меня и вселенной, человек, позвонивший мне, был одним из немногих избранных, которым такое дерьмо могло сойти с рук ночью.

— Отец, — сказал я в знак приветствия, подключаясь к телефону, слегка поморщившись от резкости своего голоса из-за отсутствия привычки им пользоваться.

Полсекунды колебания дали мне понять, что он слышал это и был менее чем впечатлен. Будь готов ко всем неожиданностям, Сынок, и жизнь никогда не придумает, как надрать тебе задницу.

— Сынок, — коротко ответил он, и его тон дал мне понять, что он был в своем кабинете. Поздняя ночная работа, или, я думаю, работа раннего утра, происходила только тогда, когда это было абсолютно необходимо, и тот факт, что он находил минутку, чтобы позвонить мне, давал мне понять, что происходит что-то важное. — Пришло время рассмотреть возможность увеличения поставок. Вирус «Аид» быстро распространяется, и общественность в панике скупает все с пугающей скоростью. В магазинах не удается пополнить запасы, и есть определенные товары, достать которые становится все труднее.

— У меня здесь есть место для хранения, я легко смогу собрать припасы, — мгновенно согласился я, сбрасывая с себя одеяло и спускаясь по лестнице.

— Хорошо. Запасы туалетной бумаги особенно низки, и у производителей возникают проблемы с поддержанием цепочки поставок.

— Понял. — Я добрался до холодильника и достал бутылку воды, чтобы избавиться от чертовой грубости в голосе.

Отец колебался, и этого было достаточно, чтобы я замер. Этот мужчина был королем многозначительной паузы. Он мог использовать простое затишье в разговоре, чтобы заставить тебя испытывать тысячу различных эмоций по своему желанию, но на этот раз я мог бы поклясться, что это был искренний признак того, что он не уверен в том, что сказать дальше.

На линии раздался звук закрывающейся двери, и я замер, гадая, что же могло быть настолько чертовски важным, что он не доверял своим сотрудникам, чтобы они это услышали.

— Послушай меня, Сэйнт. Эта штука, этот вирус, становится все хуже. Будет намного хуже. Я предлагаю тебе подготовить средства для изоляции на длительный период времени, на всякий случай, если тебе это понадобится.

— Я могу снабдить Храм всем, что нужно, — заверил я его.

— Если ты планируешь позволить другим присоединиться к тебе, пока ты сам находишься на карантине, выбирай тщательно. Тебе не нужно тащить на себе мертвый груз.

— Я никогда этого не делаю.

— Хорошо.

— Есть ли у CDC (федеральное агентство министерства здравоохранения США) какие-нибудь новости о вакцине? — Я спросил его. Мы будем на передовой, чтобы получить ее, по крайней мере после того, как она будет произведена. Деньги, безусловно, могли бы гарантировать это.

— Медленно. Чертовски медленно. Береги себя, сынок, будущее нашей семьи в твоей крови.

— И ты тоже, отец.

Это было самое близкое выражение любви друг к другу из всех, кто когда-либо был в моей семье, и мы не так часто выражали даже это. Ситуация с вирусом действительно становилась все хуже.

Линия оборвалась, и я, поджав губы, подошел к ящикам рядом с входной дверью и достал зажигалку и петарду. Сначала я направился по короткому коридору к комнате Блейка в задней части здания, толкнул его дверь и заглянул туда, где он спал посреди своей огромной кровати.

— Просыпайся, — рявкнул я. — У нас есть работа.

Блейк выругался, выпрямляясь, стирая сон с глаз, и окликнул меня, чтобы спросить, какая работа, но я уже шел по коридору открывать дверь Киана.

Я поджег фитиль и бросил петарду в его комнату, прежде чем снова захлопнуть дверь и уйти.

Я успел вернуться на кухню до того, как эта штука взорвалась, и проклятия Киана разнеслись по зданию.

Он выскочил из своей комнаты и бросился на меня с явным намерением выбить из меня все дерьмо за эту выходку, но на это не было времени.

— Смирись, Киан, — прорычал я. — Это важно.

Ярость в его глазах вспыхнула, когда жажда крови взывала к нему, но благодаря чистой силе воли ему удалось устоять на месте. Он стоял в центре коридора, напрягая мускулы, волосы падали ему на глаза, он задыхался от желания оторвать мне яйца и ждал моих объяснений.

За его спиной появился Блейк, и я поставил свою воду на стойку.

— Нам нужно пойти и запастись припасами на случай нехватки, — сказал я тоном, не допускающим возражений.

— Сейчас? — Спросил Блейк.

— Нет. Я просто разбудил вас посреди гребаной ночи, чтобы сказать, давайте сделаем это завтра, — невозмутимо ответил я.

— Ладно, придурок, я просто спрашиваю. Не нужно из-за этого завязывать свой член в узел.

Киан фыркнул от смеха над шуткой, я — нет.