— Я просто хочу быть уверен, — поддразнил он, затем посмотрел на часы на стене. — У меня есть план из трех пунктов на наше ночное свидание. Ты готова к первой части?

У меня вырвался смешок. — Это очень по-Сэйнтовски с твоей стороны.

— Пффф, — он отмахнулся от меня. — Я совсем не похож на того парня, но у меня есть несколько часов веселых развлечений, прежде чем мы приступим к плану.

— Что за план? — Настаивала я, все еще ухмыляясь, когда он подтащил меня к дивану и опустил на него. Я попыталась потянуть его за собой, жадно прикусив губу, но он высвободил руку и на мгновение пристально посмотрел на меня.

— Я действительно хочу сорвать с тебя одежду прямо сейчас, — пробормотал он себе под нос, как будто что-то обсуждая, и я показала ему язык, откидываясь на спинку своего сиденья.

— Тогда почему ты этого не делаешь? — С надеждой спросила я.

— Потому что ты приходишь ко мне только на одну ночь каждые четыре дня, а это значит, что я упускаю чертовски много времени, когда у меня нет возможности заниматься всякими делами что присуще парам. И, возможно, ты этого не осознавала, но я на самом деле потрясающий парень. — Он ухмыльнулся, и я хихикнула.

— Парень? — Я поддразнила.

— Да, — собственнически прорычал он, и я не так уж сильно возражала против этого. — Мне похуй, кто ты для других Ночных Стражей, я знаю, что должен это принять. Но ты и я? Мы встречаемся, принцесса. Привыкай к этому. — Он повернулся, прошел на кухню и достал из холодильника несколько бургеров с фасолью, которые выглядели свежеприготовленными.

После его слов на моем лице появилась дерьмовая ухмылка, и я поджала под себя ноги, наблюдая, как он выкладывает бургеры на сковороду и начинает их жарить. Когда я больше не могла выносить разлуку с ним, я встала, подошла к нему сзади и вставила свой телефон в динамик Bluetooth на стойке, нажав — Воспроизвести — «The 1 by Taylor Swift», прежде чем обнять его сзади за талию. Он поймал мои руки, убирая их со своего живота, и развернул меня так, чтобы я оказалась перед ним, прежде чем положить мою руку на ручку сковороды. Он припал губами к моему плечу, потянув бретельку вниз, когда поцеловал линию вдоль нее, и по моей коже побежали мурашки.

— Я готовлю самые лучшие бургеры, Татум. Это гребаная шутка, что я не готовил тебе их раньше, но теперь могу заказать все, что захочу, через школу, и решил, что могу воспользоваться этим преимуществом.

Он проложил поцелуями обратный путь к моей шее, и я чуть не скинула сковороду с огня, когда его губы коснулись моего уха. Он усмехнулся, схватив меня за запястье и направляя сковороду вперед.

— Осторожнее, принцесса.

— Трудно быть осторожной, когда ты сводишь меня с ума, — сказала я с придыханием, поворачиваясь, чтобы попытаться поймать его губы, но он покачал головой, отпуская меня и отступая.

— Иди сядь, — приказал он. — Я не поддамся на твой сексуальный фокус-покус, пока у тебя не будет полноценного свидания сегодня вечером.

Я рассмеялась, качая головой.

— Мой сексуальный фокус-покус? — Я приподняла бровь, глядя на него, притворяясь суровой.

— Да, ты околдовала меня с того самого момента, как вошла в эту школу. У моего сердца было бы больше шансов выстоять против пули, чем от тебя.

Жар залил мои щеки, и он провел рукой по лицу, когда я ничего не ответила.

— Это была ужасная аналогия, — простонал он. — Я так давно не практиковался в этом. И если честно, я никогда по-настоящему не хотел ни с кем встречаться так, как хочу с тобой, Татум. Я хочу встречаться с тобой так чертовски сильно, что к тому времени, как я закончу у тебя из ушей будут вылетать плюшевые мишки и чертовы сердечки влюбленных.

— Ты подаришь мне плюшевого мишку? — Спросила я, лишь слегка — ладно, сильно — взволнованная этим.

Он смущенно пожал плечом, и это было так чертовски мило, что мне захотелось сделать фото и вечно носить его в кармане.

— Может быть, — сказал он, отводя взгляд к бургерам.

— Где он? — Спросила я, с надеждой оглядев дом.

— Ты получишь это позже, — сказал он, все еще стоя ко мне спиной, так что я рванулась прочь, направляясь к его комнате и распахивая дверь. — Татум! — наполовину выкрикнул он, наполовину рассмеявшись.

Мягкая игрушка лежала у него на кровати, но это был даже не плюшевый мишка. Это был единорог того же золотистого цвета, что и мои волосы, с маленькой короной на голове, разместившейся между двумя новенькими боксерскими перчатками цвета мерцающего розового золота с белыми скелетообразными липучками на запястьях, обхватывающими их тыльную сторону.

— Ты не должна была еще это видеть, — пожаловался Монро у меня за спиной, и я отпрыгнула от него, нырнув на кровать и сгребая все в охапку, когда повернулась к нему.

— Я уже люблю его! — Воскликнула я, и он ухмыльнулся, как школьник, проведя рукой по затылку.