Орион добрался до пролома в заборе, где ждали Тори и Дариус, используя заклинание сокрытия, чтобы оставаться скрытым в тени.

— Сет переборщил на Фейзин, не так ли? — сказал Дариус, глядя туда, где огонь теперь вращался в диком вихре.

— Я чувствую, что мне не следовало поручать ему это дело, — задумчиво сказала я.

— Определенно плохой выбор, — фыркнул Дариус, а затем забрался на спину Ориона, пока я оставалась у него на руках.

Орион подхватил меня под руку, и Тори, нахмурившись, подошла ближе.

— Это та часть, где я притворяюсь твоей сумкой, не так ли?

— Давай, — подстрекал Орион. — Пойди мне под мышку, как хорошая маленькая сумочка.

Тори позволила ему подхватить себя, и он рванулся вперед на полной скорости. Я потеряла все из виду, весь мир превратился в безумное пятно, красно-золотой огонь превратился в дымку.

Орион замедлился и остановился, опустив нас, а Дариус спрыгнул со спины, хлопнув его по плечу.

— Хороший мальчик. Я дам тебе кусочек сахара позже.

— И я засуну его тебе в задницу, — сухо сказал Орион.

Мы подошли к вырисовывающейся серебряной двери в форме треугольника, вырезанной в подножии горы. Еще четыре треугольника располагались вертикальной линией на его поверхности, два были обращены вверх, а два — вниз, причем линия проходила через две точки, так что каждая из них представляла Элемент. Я подошла ближе с поднятой рукой, но магическое покалывание не коснулось моей ладони. Защита была снята, и казалось, что то, что удерживало эту дверь запертой, тоже могло разбиться.

— Блу, — предупредил Орион, когда я подошла еще ближе.

— Она справится, — легкомысленно сказала Тори.

— Мы должны оценить эту дверь, прежде чем вслепую прикасаться к ней, — прорычал Орион.

— Согласен, — сказал Дариус.

— Это похоже на символы Дома, что, если нам просто нужно наложить на нее магию Стихий? — предложила я, и Ксавьер впервые заговорил в мой наушник.

— Звучит как хорошая идея. Кажется, я тоже видел на полу четыре символа.

Я взглянула на землю и обнаружила, что он прав, и они были немного потертыми, показывая, где каждый Фейри стоял в прошлом.

— Готовапоспорить, что нам нужно задействовать всех четверых сразу, — остро сказала Тори.

Я подошла и положила ладонь на дверь, и Орион бросился вперед, схватив меня за запястье и сурово взглянув на меня.

— Нет.

Я невинно улыбнулась, и он посмотрел вниз, обнаружив вместо этого мою другую руку.

— Почему ты должна быть такой безрассудной? — он вздохнул, но улыбка тронула уголок его губ.

— Думаю, во мне течет кровь Дикого Короля, — сказала я.

— Ну не знаю. После встречи с вашей матерью, я бы сказал, что она придает вам обоим более безрассудную черту, — сказал Дариус учтиво, как будто это ничего не значило, но мы с Тори обе повернулись к нему с тоской. — Я расскажу вам об этом больше, когда мы здесь закончим. Теперь давайте. Пойдем искать сокровища.

Я встала на символ воздуха перед дверью, в то время как Тори взяла землю, Орион стоял на воде, а Дариус стоял в огне.

Мы все подняли руки, и Ксавьер запустил у нас в ушах обратный отсчет.

— Три, два, один.

Мы взорвали выбранные нами Элементы у двери, огонь Дариуса превратился в торнадо, смешавшись с моим воздухом, прежде чем вода Ориона залила его, и все, что осталось, — это красивая розовая лоза, ползущая к центру двери.

Каждый треугольник светился одновременно: красный — огонь, зеленый — земля, белый — воздух и синий — вода.

— Теперь последнее, быстро, — призвал Ксавьер, и Орион вынул из кармана кольцо Франчески.

Он поднял его в тот момент, когда из двери вырвался поток света, просканировав нас с головы до ног и заставив засветиться кольцо Франчески. Свет померк, и мы, затаив дыхание, ждали, предоставят ли нам доступ.

Ксавьер тихо свистнул мне в ухо, когда огромная треугольная дверь опустилась внутрь, как подъемный мост, открывая пещеристый проход за ней, и во мне разлилось облегчение. Черт, мы действительно сделали это.

Откуда-то из глубины горы донесся глубокий стон, и по моей спине пробежала дрожь.

— Это всего лишь ветер, — сказала Тори, уверенно входя внутрь.

Я побежала, чтобы наверстать упущенное, наблюдая за сверкающими минералами, текущими сквозь высокие стены по обе стороны от нас. Крыша этой пещеры была такой высокой, что потолок терялся в тени.

— Или монстр, — сказал Дариус, вытаскивая свой огненный топор Феникса и направляясь за нами вместе с Орионом.

Дверь захлопнулась за нашими спинами с оглушительным грохотом, от которого у меня заколотилось сердце. Я ожидала, что нас поглотит тьма, но минералы в стенах сверкали таинственным голубым сиянием, пропуская достаточно света, и нам больше не нужно было излучать его.

— Поверните направо в конце туннеля, — приказал Ксавьер.