Я не была до конца уверена, было ли это просто предлогом не разговаривать со мной, но у меня не было достаточно веских причин возражать, поэтому я согласилась. Кроме того, любой навык, которому я могла бы у него научиться, мог бы помочь мне, когда дело дойдет до того, чтобы увести мою семью подальше от кровососов.

Я быстро достала свою куртку из-под кареты и натянула ее, прихватив свой рюкзак, прежде чем броситься за ним.

— У тебя это ужасно получается, — прокомментировал он, когда я пробиралась по сломанным веткам и опавшим листьям в попытке догнать его невозможным, и теперь, когда я подумала об этом, бесшумным шагом.

— Ты мог бы подождать меня, — проворчала я.

Магнар хмыкнул вместо ответа, его внимание было приковано к земле, поскольку он, казалось, оценивал что-то в грязи. Я вздохнула, идя в ногу с ним, и сосредоточилась на том, чтобы ступать бесшумно, доверяя ему показывать дорогу.

Я молча следовала за Магнаром, пока он шел между деревьями, день клонился к концу, и солнце стояло высоко за облаками над головой.

Все утро он был необычайно тих, что для него означало, что он вообще молчал. Я не знала, злился ли он конкретно на меня или это были просто его обычные демоны, преследующие его, и мне не хотелось спрашивать. К этому времени я уже достаточно знала о его мрачном темпераменте, чтобы понимать, что, скорее всего, в ответ получу молчание или он огрызнется на меня в ответ на любой вопрос, который я могу задать. Честно говоря, я была слишком чертовски уставшей, чтобы вступать с ним в очередную ссору.

Несмотря на мое общее раздражение на истребителя, мои мысли продолжали цепляться за ощущение его рта, когда я коснулась его уголка своими губами. Я задавалась вопросом, каково это — целоваться с таким мужчиной, как он. Он, несомненно, был мудаком, но он был таким сильным, таким властным. То, как он держал меня за волосы, ощущение его рук вокруг меня…

Нет. Плохая идея, Келли. Никакого траха с этим задумчивым ублюдком. Прошло чертовски много времени с тех пор, как я чесала этот зуд, и я была скручена в узел напряжения с тех пор, как потеряла свою семью, так что неудивительно, что мой разум продолжал скатываться к идее получить от него разрядку. Но я не позволю себе поддаться этому искушению. Неважно, насколько он был горяч, неважно, пришел ли он ко мне, когда никто другой этого бы не сделал. Он был средством для достижения цели. Все просто. Мне не нужны были какие-либо дополнительные сложности в нашем соглашении.

Кожу на моем правом предплечье покалывало при этой мысли. Ладно, возможно, было еще одно небольшое осложнение, но мне было все равно. Магнар ясно дал понять, что образ жизни истребителей был добровольным, а у меня была четкая жизненная цель, которая не предполагала, что я пожертвую своей свободной волей в надежде победить врага, который уже победил. Двух истребителей никогда не будет достаточно, чтобы уничтожить вампиров, и, хотя я желала Магнару всей удачи в мире в его миссии по их уничтожению, его армия из одного человека останется такой, какой была. Моим единственным желанием было увидеть свою семью свободной. Эгоистично или нет, остальное человечество не было моей проблемой.

Я посмотрела на идущего впереди меня Магнара, мои шаги были намного тише, чем когда мы начинали, мои ноги находили более мягкие места для приземления, чем больше усилий я прилагала.

Возможно, тишина между нами была в такой же степени моей заслугой, как и его. Я прикусила губу, обдумывая, как начать разговор на разные темы — от наших семей до наших надежд и мечтаний, — но так и не озвучила ни одной из них. Это укоренилось во мне слишком глубоко — держать все при себе, — и я сомневалась, что была бы настроена на светскую беседу, даже если бы это было не так.

Я подумала, не стоит ли мне рассказать о своем плане отправиться на юг, как только я воссоединюсь со своей семьей. Я не обсуждала эту тему с Магнаром, но была почти уверена, что он не пошел бы с нами, даже если бы я попросила. Не то чтобы я действительно планировала это. Он ясно дал понять, что весь смысл его существования заключался в том, чтобы убивать вампиров, и я сомневалась, что это соответствовало тому, чтобы оказаться как можно дальше от них, насколько это в человеческих силах.

У нас были разные пути. Так и должно было быть.

По крайней мере, ко мне вернулся Фурия. Странно успокаивающий клинок теперь висел в ножнах у моего бедра, которые Магнар забрал из одежды мертвых вампиров, и я поймала себя на том, что не раз провожу большим пальцем по его рукояти. Мне нравилось, как он ощущался, когда я прикасалась к нему: как будто кошка выгибает спину, чтобы ее погладили. Нежность, которую я испытывала к куску металла, возможно, была странной, но это было похоже на путешествие с кем-то, кто был гораздо лучшей компанией, чем Магнар. Я знала, что в глубине души это было в моих интересах. Он хотел помочь мне. Хотел быть со мной. И я тоже хотела быть с ним.