Я дал дыму пару секунд сгуститься, сдернул противогаз с того места, где он висел у меня на поясе, и впервые натянул его, признав, что в данном случае мне действительно нужна эта чертова штука.

В тот момент, когда я убедился что он закреплен, я перепрыгнул через стойку администратора и выстрелил прямо в фигуру, которую я едва мог разглядеть, двигающуюся в розовом дыму. Последовал приятный звук удара тела о пол, давший мне понять, что теперь у нас осталось всего два охранника.

Единственным источником света здесь был уличный фонарь за стеклянным фасадом здания, но для меня и этого было достаточно. Я знал, как передвигаться в темноте.

Я скользнул к стене, напрягая уши, чтобы вслушаться сквозь затяжной звон в них от взрыва, и звуки потасовки заставили меня резко развернуться и выстрелить другому охраннику прямо в лицо.

Розовый дым закружился вокруг меня, когда я нырнул в него, крепко сжимая пистолет и выслеживая свою добычу. У меня оставалось всего две пули, прежде чем мне нужно будет перезарядиться, но этого должно было хватить.

Мое сердце билось в твердом ритме, дыхание стало медленным и глубоким, когда я погрузился в эту первобытную, базовую часть своего существа. Я был не более чем зверем, выслеживающим врагов в темноте. Просто существом, обязанным защищать свою пару сверх всех других желаний.

Я обогнул ряд лифтов, двери которых были плотно закрыты, в то время как пожарная сигнализация продолжала выть.

— Мне нужно подкрепление на первом этаже, — донесся голос откуда-то из глубины дыма. — Вооруженные нападавшие. Обеспечьте безопасность актива.

Рычание сорвалось с моих губ, и я побежал вперед, не заботясь о том, что выдаю себя, когда по рации раздался хриплый ответ другого голоса, подтверждающий, что в нашу сторону направляются еще охранники.

Я выстрелил, ориентируясь по звуку того места, где слышал этот голос, но мой слух все еще был слаб из-за взрыва, и мгновение спустя охранник открыл ответный огонь.

Пуля попала мне прямо в грудь, боль срикошетила по телу, я пошатнулся, но сумел удержаться на ногах. Моя вторая пуля попала в цель, но я не целился, и охранник закричал от боли, когда в него попали.

Я с трудом втянул воздух в легкие, превозмогая жгучую боль от попадания пули, и, спотыкаясь, сделал несколько шагов вперед, в то время как мое тело кричало мне не двигаться. Но к черту это. Татум нуждалась во мне.

Я нашел охранника в дыму, подтягивавшего ногой упавший пистолет, когда он пытался схватиться за него одной рукой, а другой зажимал серьезно кровоточащую рану в животе.

Мой второй удар пришелся ему в челюсть, и я оказался сверху в тот момент, когда он ударился спиной о землю.

— Чисто, — крикнул я остальным, игнорируя боль в собственном теле, предпочитая причинить немного боли куску дерьма подо мной.

Я убрал пистолет в кобуру и вместо этого взял в руку охотничий нож.

— Ты нашел ее? — Спросил я, оглядываясь на Сэйнта в ожидании ответа.

Я обхватил охранника одной рукой за горло, когда мой вес надавил на кровоточащую рану в его животе, и он попытался закричать.

— Все это закодировано, — прорычал Сэйнт, звук яростного набора текста все еще доносился из-за стола.

Мой взгляд остановился на человеке, который вот-вот должен был умереть, лежащем подо мной, когда я сжал его достаточно сильно, чтобы перекрыть ему доступ воздуха.

— Мы здесь из-за девушки, — сказал я грубым рычанием, которое ясно давало понять, что я не валяю дурака. — Скажи мне, где они ее держат.

Я внимательно посмотрел на страх в его глазах, прежде чем ослабить хватку настолько, чтобы он смог заговорить.

— Я не знаю, о ком ты г…

Я вонзил свой охотничий нож в его бицепс и оскалил зубы, снова перекрывая ему доступ воздуха.

— Где. Находится. Эта. Девушка? — Мне не нужно было уточнять. Он знал, какая, черт возьми, девушка.

На этот раз, когда я позволил ему говорить, он выглядел так, словно готов был описаться.

— В-верхний этаж, — выдохнул он. — Изолятор. Но ты никогда…

Я вонзил свой клинок ему в грудь как раз в тот момент, когда Блейк и Монро добрались до нас, нанося ему удары снова и снова, целенаправленно избегая чего-либо слишком смертельного для первых нескольких ударов, позволяя своему зверю насытиться его болью, прежде чем, наконец, вонзить его в его трусливое сердце, чтобы покончить с этим.

Я был весь в крови, когда отшатнулся, и рука Блейка опустилась мне на плечо, когда он оттащил меня.

— В тебя попали? — спросил он, его глаза расширились под маской, когда он посмотрел на круглую дыру в моей рубашке прямо в центре груди.

— Ага, — буркнул я. — И это чертовски больно.

Я наклонился, чтобы разорвать рубашку спереди, кончиком окровавленного ножа вытащил пулю из кевлара, который был на мне, и сделал глубокий вдох. Если я доживу до завтра, от этого останется адский синяк.