Взгляд Фабиана метнулся к нему. — Потому что я так хочу, Эрик. Слезай со своей высокой лошади и присоединяйся ко всем нам в реальном мире, ладно? Мы королевской крови. Короли и королева целой страны. Мы не обязаны ни перед кем отчитываться. Если я захочу человеческую невесту, я ее получу. И если это даст ответ на пророчество, отлично. Если нет, то я хотя бы повеселюсь от души.

Глаза Эрика резко сузились. — Ты всегда должен отсчитываться передо мной, брат. Я всегда буду следить за этим.

— Так вот почему ты действовал за моей спиной, чтобы восстановить Сферы? — Фабиан задумался, скрестив руки на груди.

Мои губы приоткрылись от его слов. Что сделал Эрик?

Кларисса и Майлз обменялись встревоженными взглядами, когда Фабиан продолжил: — Да, я все знаю о твоем предательстве, Эрик. Сферы — это моя ответственность, занимайся своими делами, если знаешь, что для тебя лучше.

— Я делаю их своим делом, потому что ты проделал с ними ужасную гребаную работу, — сказал Эрик свирепым тоном. — Сферы будут приведены к стандарту Сферы «А» в течение следующего месяца, или я разоблачу твою ложь перед Новой Империей, и мы посмотрим, что все подумают о твоем обращении с людьми.

— Им все равно, — рассмеялся Фабиан. — Когда-то я тоже думал, что им не все равно, вот почему я создал Сферу «A». Я думал, что это необходимо, но это не так. Половина города борется за право кусаться.

— Ты ошибаешься, — вмешалась Кларисса. — Это всего лишь небольшая группа повстанцев.

— Это те, кого ты видела на улицах, — ответил Фабиан. — Но я знаю, что эта идея таится в головах многих из них. Эрик, твоя собственная Элита кусается при исполнении. Генерал Вульф — яркий тому пример.

Лицо Эрика исказилось от ярости. — Мужчина, которого ты настоял на том, чтобы изгнали за преступления, а не убили. Я начинаю подозревать, что у тебя есть более личные мотивы.

— Таков закон, — легко ответил Фабиан.

— Мы устанавливаем закон! — Возразил Эрик. — Зачем ты это делаешь, Фабиан? Почему бы не предоставить людям ресурсы, в которых они нуждаются?

— Потому что урожай не растет, ты, невежественный недоумок. Земля опустошена ядовитыми бомбами, которые люди сбрасывали друг на друга. Они навлекли эту чуму на себе подобных, а не я.

— На севере больше плодородных земель. Необходимо приложить усилия, чтобы обеспечить больше еды, больше одежды, больше комфорта, — настаивал Эрик.

— И тогда тебе станет легче от того, что ты осушаешь их, брат? — Фабиан цокнул языком. — Они — еда, не более того. Пока они поставляют необходимую нам кровь, неважно, насколько хорошо они живут.

— Это важно для меня! — Эрик закричал, и я окинула его взглядом, моя грудь наполнилась эмоциями. Он говорил искренне, каждое из этих слов.

— Хватит препираться, — вмешался Майлз, прежде чем Фабиан успел высказаться. — Я голосую за то, чтобы найти сестер и разобраться с этим после.

— Да, и мы должны поговорить с Андвари, — сказал Эрик, твердо кивая. — Он знает, что делать.

— До сих пор он был не слишком разговорчив, — неуверенно заметила Кларисса. — Думаешь, он нас направит?

— Если мы на правильном пути, он должен направить нас, — сказал Эрик, хотя в его взгляде затаилось сомнение.

Они все встали, и Кларисса с Майлзом вышли из комнаты, но, прежде чем Эрик успел выйти, Фабиан схватил его за руку. — Я посылаю своих людей за Магнаром и девушкой. Если я доберусь до нее первым, я решу ее судьбу.

Эрик оскалил на него клыки. — Тогда тебе лучше подготовиться, Фабиан. Потому что, если ты тронешь хоть волос с ее головы, я буду сражаться не с истребителями. Я буду сражаться с тобой.

Они вышли из комнаты, а я уставилась на пустое пространство, и мое сердце бешено колотилось о грудную клетку.

— Похоже, Эрик Бельведер снова играет в игры, — пробормотал Джулиус мне на ухо. — Хотя я пока не вижу цели, стоящей за его действиями, убедить других Восставших в том, что ты ему небезразлична.

— Ты думаешь, это то, что он делает? — Спросила я, и мои щеки запылали.

Было ли все это игрой? Его попытки наладить все в Сферах, его попытки найти меня, то, как он страстно говорил обо мне. Была ли я совершенно безумна, думая, что все это исходило от доброты его сердца, а не было какой-то тактикой, смысла которой я пока не могла понять?