Меня охватило мрачное настроение, когда водитель отъехал, оставив Эрика и Фабиана вдвоем, в то время как рядом с ними остановилась другая машина. Охранник открыл им дверь, но они остались разговаривать на тротуаре с напряженными выражениями лиц.

Мои мысли были сосредоточены на Вульфе и на том, как близко я была к тому, чтобы покончить с этим монстром, но у меня отняли этот шанс, отняли в самый последний момент. Я презирала саму идею жить в мире, где все еще существовал порочный генерал, и Кошмар пылал, соглашаясь с этим.

Сабрина не спрашивала меня о том, что произошло, и если ей и было любопытно, то она этого не показала. Она внимательно смотрела в окно машины, ее рука поглаживала рукоять меча, и я задалась вопросом, давал ли он ей такое же утешение, как мне мой Кошмар.

Мы плыли по улицам, петляя по огромному городу, а в сверкающих окнах отражалось небо цвета стали.

Водитель ударил по тормозам, и я со вздохом подалась вперед на своем сиденье. Рука Сабрины метнулась вперед, прижимаясь к моей груди и толкая обратно в кресло.

— Не высовывайся, — рявкнула она.

— Это пепел? — в ужасе спросил охранник впереди.

— Блядь, — прорычал водитель.

Я нахмурилась, наклоняясь вперед, чтобы посмотреть через лобовое стекло, о чем они говорят, и у меня в горле образовался комок, когда в конце дороги показалась крупная фигура. Он был одет в темный плащ и стоял посреди улицы посреди кровавой бойни.

Страх проложил дорожку вверх по моему позвоночнику.

Пепел устилал тротуары среди груды одежды. Это были следы недавно убитых вампиров. И было ясно, кто был виновником.

Чудовищный человек сделал шаг к нам, капюшон скрывал его лицо, но по силуэту его фигуры, я поняла, что видела этого монстра раньше. Это был тот самый вампир, который жестоко убил Фолкнера на территории замка.

— Разворачивайся, увози отсюда мисс Форд, — приказала Сабрина водителю.

Мое сердце дрогнуло, когда фигура двинулась подобно призраку, подняв в руках лук и стрелы и нацелив их прямо на нашу машину.

— Быстрее! — Я заорала, поскольку водитель ничего не сделал, только уставился на меня.

— Пригнись! — Сабрина закричала, бросаясь на меня, как раз в тот момент, когда мужчина выпустил стрелу, и она пробила лобовое стекло, как пуля.

Я вскрикнула, когда ее вес вдавил меня в сиденье, ее сила обездвижила меня. Мое сердце заколотилось в груди, когда я попыталась освободиться от нее, нуждаясь в дыхании. Пепел каскадом посыпался на нас, и я сильно закашлялась, когда он попал мне в горло.

Хватка Сабрины ослабла, когда она поняла, что раздавливает меня, и я повернулась боком, лихорадочно обыскивая передние сиденья.

В сиденье водителя была воткнута большая стрела с вырезанными на деревянном древке рунами, а останки охранника пеплом были разбросаны повсюду.

Ледяные пальцы вцепились в мои внутренности, когда я уставилась на демоническую фигуру на дороге. Он выхватил еще одну стрелу, и я содрогнулась от ужаса. Я оглянулась через плечо, пытаясь разглядеть машину Фабиана, но она не догнала нас. Я даже не знала, выехали ли они вообще на дорогу.

— Гони, ты, кретин! Сбей его! — Сабрина рявкнула на другого охранника, и он нырнул на водительское сиденье, ударив ногой по педали газа.

Паника пронзила меня, когда мы помчались к нападавшему. Он не пошевелился, даже не вздрогнул, когда выпустил свою следующую стрелу, и смертоносное оружие просвистело в нашу сторону с невероятной скоростью.

Она с идеальной точностью пролетела через отверстие, проделанное в стекле первой стрелой. Охранник, сидевший за рулем, попытался рвануть в сторону, в результате чего машина резко вильнула влево, но стрела попала точно в цель. Его тело взорвалось градом пепла, и я закричала, хватаясь за сиденье передо мной, чтобы удержаться.

Машина выехала на обочину и столкнулась с уличным фонарем, вынужденная внезапно остановиться.

Сабрина выскочила из машины прежде, чем я успела перевести дыхание, молниеносно взмахнув мечом.

— Оставайся в машине! — крикнула она, но в этом не было необходимости. У меня не было намерения выходить на улицу, где меня поджидал псих, чтобы прикончить.

Я сунула руку под пальто, взяв Кошмар в ладонь и желая, чтобы он подготовил меня к тому, что должно было произойти. В нем не было ни слов ободрения, ни жажды смерти, просто ровное молчание, как будто он даже не замечал опасности, в которой я находилась.

Я рискнула выглянуть в заднее стекло, отчаянно надеясь увидеть машину Фабиана, но ее нигде не было видно.

Где ты, Эрик? Поторопись, мать твою!

Страх пронзил меня. Что, если это был один из повстанцев, который хотел выпить мою кровь? Что, если меня вот-вот схватят и утащат в какой-нибудь дом ужасов, где еще больше повстанцев ждут, чтобы поохотиться на свой свежеприобретенный мешок крови?