Я дотронулась до короны, которая все еще была у меня на голове, и подумала, чувствовала ли Золушка когда-нибудь, что она слишком тяжела. Я сняла ее и покрутила между пальцами, хмуро глядя на бриллианты, которые тускло поблескивали на свету. Что за странную вещь подарили мне. Всю свою жизнь я была не более чем букашкой у них под ботинком, но теперь они хотели притвориться, что я нечто особенное. Возложить мне на голову корону и называть меня принцессой только для того, чтобы скрыть уродство своих истинных намерений.

Я бросила корону рядом с собой, отвернувшись от нее, чтобы не думать об этом.

Наклонившись вперед, я посмотрела вниз, на пропасть у себя под ногами. Мы были четырьмя этажами выше, но я не боялась: мои дары помогут мне пережить это падение. Было странно думать, что одна-единственная клятва дала мне такую силу. Я превратилась из беспомощной девочки, обреченной прожить свою жизнь под властью вампиров, в воина, способного покончить с ними. Если бы только все действительно было так просто.

Ветерок снова пронесся вокруг меня, трепля мои волосы и вызывая мурашки на обнаженных руках. Несмотря на то, что мои дары помогали мне противостоять холоду, промокшее платье и низкая температура начали сказываться на мне, и я немного дрожала. Платье было испорчено, но мне нечем было его заменить. Оно было порванное и грязное. Прекрасная вещь была уничтожена.

Я вытянула левую руку перед собой и провела кончиками пальцев по звезде на тыльной стороне. Одна половина моей души была связана с Магнаром. Я перевернула руку и провела пальцем по кресту на ладони. Другая половина была связана с Фабианом. И к чему это привело меня?

Застряла между двумя смертельными врагами, ожидая, когда они уничтожат меня.

Я была привязана к такому количеству правил и приказов, что уже едва могла их сосчитать. Эта форма свободы была не очень освобождающей, и я начала думать, что мой побег из Сферы всего лишь запер меня в клетке другого типа. Неужели нам суждено вечно плясать под дудку богов? Принадлежали ли нам наши души или наши жизни, которыми мы могли прожить?

Я не могла быть с мужчиной, которого, как я знала, хотела в глубине души, не могла даже произнести его имя вслух. И даже если бы мы могли быть вместе, он мог контролировать меня одним приказом. Я была бессильна перед ним. Вечный аутсайдер в игре, которая должна была вестись на равных позициях.

Мои мысли вернулись к Фабиану, и волна тоски захлестнула меня, которая, я знала, на самом деле не принадлежала мне. Но это не остановило боль, которую я чувствовала, желание, будоражившее мою кровь, воспоминание о его губах на моих. Я стиснула зубы, отвергая это. Я ненавидела его темные глаза, такие глубокие, что в них можно было потеряться… прямо перед тем, как вырезать их из его лица. Мысль о его глупой, идеальной улыбке вызвала во мне отчаянную потребность в Фурии. Я понятия не имела, где сейчас мой клинок, и скучала по нему, как по потерянной конечности, уверенная, что он помог бы мне прийти в себя. Без него я разрывалась между желанием поцеловать Фабиана и убить его, не зная, действительно ли я хочу того или другого.

Во всем виновата Идун. Что я такого сделала, чтобы заслужить такое проклятие от нее?

Злобная сука.

Если бы существовал способ убить богиню, то я бы испытала сильное искушение узнать, как это сделать.

Я хотела закричать от ярости глядя на руины передо мной, но поскольку мы были в бегах и пытались избежать внимания охотящихся на нас Фамильяров, я подумала, что это не лучшая идея. Вместо этого, я решила схватить со стены рядом со мной кусок битой каменной кладки и швырнуть его в руины. Я бросила его со всей силы и наблюдала, как он взмывает в воздух, гораздо дальше, чем я могла бы закинуть его до того, как приняла обет. Он с грохотом упал на обломки, и я потянулась за другим, запустив его вслед за первым, чтобы проверить, долетит ли он еще дальше.

У третьего обломка, который я схватила, был острый край, который впился мне в палец. Я зашипела от боли, когда хлынула кровь, и бросила его рядом с собой, быстро посасывая палец, и хмуро глядя на зазубренный камень, прежде чем задуматься, может ли это быть именно тем, что мне нужно.

Я снова подняла его и задержала над левой ладонью, глядя на крест, который связывал меня с Фабианом. Если я не могла побороть желание быть с ним, пока оно было на моей плоти, то, возможно, я могла бы просто вырезать его из себя.

Я глубоко вздохнула, прикоснувшись острым краем к своей коже, и настроилась на то, что собиралась сделать. Это будет чертовски больно, но, если мне повезет, это окупится.

Я не могу этого сделать. Я не могу этого сделать. Может, мне просто вернуться и найти Фабиана? Если я потороплюсь, то смогу поцеловать его через нескольких секунд — просто сделай это, черт возьми!