— Я знал, что ты крикунья, — сказал он самодовольным тоном, от которого мне захотелось доказать ему, что я тоже могу заставить его выкрикивать мое имя.

Джей-Джей стоял надо мной, свет в гараже за его спиной отбрасывал тень на его лицо, и на мгновение все улыбки и шутки исчезли, и я увидела смертоносного гангстера, который убивал тех, кто переходил ему дорогу, и вселял страх в сердца своих врагов. Это был мужчина, который увидел то, что хотел, и взял это. И прямо сейчас, то, чего он хотел больше всего, была я.

Он достал что-то из кармана, спустил шорты, и мой взгляд упал на его толстый, твердый член, который вырвался на свободу, заставив мой рот наполниться слюной от предвкушения. Джей-Джей обхватил рукой свой член, медленно дроча, и упиваясь зрелищем того, как я превращаюсь в лужицу под ним.

— Блядь, Джонни Джеймс, не заставляй меня ждать, — потребовала я, приподнимаясь на локтях и делая движение, чтобы дотянуться до него.

Но выражение его глаз только потемнело, когда он отодвинулся назад, разрывая зубами обертку от презерватива.

Я смотрела, как он натягивает презерватив, и клянусь, резинка никогда не выглядела так чертовски аппетитно. Я хотела его член внутри себя так, как, думаю, не хотела ни одного мужчину до него. Он был фантазией, которую нужно было воплотить в жизнь, и я всерьез надеялась, что он оправдает все мои ожидания.

Джей-Джей придвинулся ко мне, где я лежала на капоте, обхватил мои бедра, а сам остался в вертикальном положении, прижимая головку своего члена к моему входу.

Его пристальный взгляд встретился с моим, и ухмылка, которую он мне одарил, была чертовски греховной.

— Я заставлю тебя кричать для меня, красотка, — пообещал он, прежде чем войти в меня яростным толчком, который мгновенно исполнил его желание.

Джей-Джей посмотрел в сторону двери, когда я изогнулась дугой, обхватив его ногами за талию и задыхаясь от ощущения его толстого члена, полностью вошедшего в меня. Это было почти неописуемо, и я выгнула спину, потянувшись к нему, и желая, чтобы он снова начал двигаться.

— Из-за тебя меня убьют, — поддразнил он, выглядя вполне довольным тем, как он умрет, медленно отодвигаясь, и сжимая мои бедра так крепко, что я была уверена, что он оставит мне синяки, и я действительно надеялась, что так оно и будет.

Следующий толчок был невероятно жестким, и более глубоким, а за моим криком удовольствия последовал следующий, когда он начал входить в меня все быстрее и быстрее, из-за чего мне было трудно даже перевести дыхание, пока я приподнимала бедра ему навстречу.

Угол, под которым он держал меня, загнал его член в самые глубокие части меня, и я запустила руки в волосы, наблюдая за ним, поглаживая свои ноющие соски и проводя пальцами по всему телу.

— Не забывай о своем клиторе, сладкая, — выдавил он, трахая меня сильнее и заставляя меня тяжело дышать и стонать.

Я сделала, как он сказал, опустив руку вниз, чтобы круговыми движениями потереть покалывающий комок нервов, пока он трахал меня так сильно, что я едва могла дышать.

Я больше не могла этого выносить, моя киска уже напряглась вокруг него, когда он смотрел на меня с диким голодом, который заставлял меня чувствовать себя самой желанной женщиной во всем гребаном мире.

Он снова вошел, и, клянусь, я увидела звезды, когда кончила вокруг него, а его член идеально, глубоко заполнил меня, и его рот накрыл мой, чтобы поглотить звук моих криков, когда я распалась на части для него.

Джей-Джей поднял меня на руки, его язык все еще находился у меня во рту, пробуя на вкус мой экстаз, пока он прижимал мое тело к себе.

Я ахнула, когда он снова начал двигаться, не в силах поверить, что он все еще может продолжать, что его член все еще толстый и твердый внутри меня, даже когда моя киска крепко сжалась и умоляла его последовать за мной в забвение.

Его рот оставался на моем, он продолжал целовать меня, пока трахал, голодно рыча каждый раз, когда его член входил в меня, и один из моих стонов прорвался между нашими губами.

Мои ногти впивались в его плечи, и я почувствовала, когда он наконец кончил, его член набух глубоко внутри меня, а мое имя сорвалось с его губ какой-то смесью проклятия и молитвы.

Я крепче обхватила бедрами его талию, когда напряжение покинуло его тело, и наши неистовые поцелуи замедлились, превратившись в нечто глубокое и мощное, что заставило какую-то давно забытую часть моей души гудеть от удовлетворения.

Он запустил руки в мои волосы, прерывая наш поцелуй и глядя на меня с тем дьявольским блеском в своих темных глазах, который всегда предвещал неприятности, а теперь они таили в себе и эту тайну.

Жужжание его мобильного телефона в сброшенных шортах спасло нас обоих от разговоров, и он медленно вытащил свой член из меня, заставив меня захныкать, и я откинулась на капот грузовика Фокса, чтобы отдышаться, потому что каждый дюйм моей плоти гудел от удовольствия.