Майлз снял часть винтовки, мгновение осматривая ее, прежде чем вставить на место.

— У тебя здесь восемь патронов. — Он выпрыгнул из вертолета и протянул мне оружие. — Целься в то здание.

Я подняла винтовку повыше, глядя в оптический прицел на указанный им склад.

Майлз обхватил меня руками, меняя положение моей хватки на оружии. Я замерла, когда прохлада его груди прижалась к моей спине, но в том, как он держал меня, не было ничего угрожающего.

— Ладно, когда будешь готова, просто сожми вот здесь. — Он переместил мой палец так, чтобы он был рядом со спусковым крючком. — И напряги мышцы, чтобы поглотить отдачу.

Я улыбнулась, когда он отпустил меня и выдохнула, прежде чем нажать на спусковой крючок снова и снова. Пули вылетели из винтовки, и я призвала свои дары помочь мне удерживать ее неподвижно, когда вдоль стены склада появилась россыпь дырок.

— Мило, — объявил Майлз.

— Я бы не отказалась от одной такой, — ответила я, передавая ее.

— Хочешь поискать еще? — спросил он.

— Конечно, — ответила я, цепляясь за предложение чем-нибудь заняться. Теперь, когда Фабиан заговорил о том, что Магнара силой затащили в постель Валентины, я не могла выбросить этот образ из головы. Наличие задачи, по крайней мере, отвлекло бы меня.

Я начала рыться в одежде вампиров, погибших в драке, и нашла в их карманах несколько пистолетов и сотовых телефонов.

Я принесла все это Майлзу, пока он возился с различными вещами в вертолете, готовя его к нашему вылету.

— Через сколько мы будем готовы отправиться в путь? — Я нахмурилась.

По моему позвоночнику пробежали мурашки, и я не могла избавиться от ощущения, что наше время на исходе.

— По крайней мере, несколько часов, — серьезно ответил Уоррен из кабины. — Давайте просто надеяться, что нам удастся сбежать до того, как нас найдут…

1000 ЛЕТ НАЗАД

M

агнар? — Голос моей матери звал меня, и я изо всех сил пытался очнуться от настойчивости ее тона.

Прохладный ветерок коснулся моей кожи, когда она откинула полог моей палатки и вошла внутрь. Я приподнялся на локтях, не желая покидать тепло мехов, которыми была устлана моя кровать.

— У нас есть какие-нибудь известия о них? — С надеждой спросил я.

Прошло так много времени с тех пор, как кто-то натыкался на Бельведеров, что я едва осмеливался надеяться на эту новость, но этот вопрос вошел в привычку, и я не мог не задать его. Без сомнения, день, когда я этого не сделаю, будет днем, когда мы их найдем.

— Лучше этого, — ответила мама, с кривой улыбкой обшаривая взглядом мою кровать. — Приятно хоть раз застать тебя спящего одного.

— Меня не так уж часто сопровождают в постель, чтобы более заметно было, когда я один? — Я запротестовал, и она рассмеялась.

— Я полагаю, тебе все равно уже трудно найти женщину, с которой ты еще не был, на данный момент, — передразнила она, и я услышал нотки неодобрения в ее тоне.

— Кто я такой, чтобы отказывать женщинам в удовольствии лечь с их ярлом, если они этого желают? — Я поддразнил ее, зная, что это разозлит ее, но не в силах устоять перед возможностью сделать это.

— Они желают тебя не только из-за твоей власти, — пробормотала она. — Многие женщины в кланах с радостью предложили бы тебе свое сердце.

— Но я не могу предложить взамен свое, — раздраженно пробормотал я.

— То, что ты не сможешь жениться на ней, не означает, что ты не сможешь полюбить ее, — возразила моя мать. — Позволь Валентине быть твоей королевой и рожать тебе детей. Но есть много женщин, которые с радостью взяли бы на себя роль любовницы ярла, ради шанса на твою любовь.

Я отмахнулся от ее предложения, как делал это и раньше. Я не стал бы предлагать любимой женщине роль в каких-то грязных трехсторонних отношениях, заставляя ее считать себя ниже моей жены. Жить по прихотям и правилам Валентины, терпя любой гнев, который моя жена сочтет нужным обрушить на нее за ее существование. Не позволять ей иметь детей, потому что я не мог на ней жениться.

— Полагаю, это не причина твоего визита в столь богом забытый час? — Спросил я, меняя тему разговора.

— Уже почти полдень, — без особого энтузиазма упрекнула меня мама. — Ты выпил слишком много эля прошлой ночью.

— Мы праздновали, — пробормотал я, проводя пересохшим языком по небу, когда заметил, что действие алкоголя еще не полностью прошло.

— Праздновали что?

— Балтиан вот-вот станет отцом.

— Ты выпил полбочки эля, потому что у твоего жеребца родится еще одна кобыла? — Мама недоверчиво подняла бровь, глядя на меня.

— Джулиус сказал мне, что это будет его тридцатый жеребенок, — добавил я. — Итак, мы решили выпить за это эля, в соответствии с их количеством, чтобы отпраздновать его пылкую плодовитость.