Он врезался в другую вампиршу у подножия лестницы, и она закричала, когда он попытался голыми руками вырвать у нее сердце.

— Келли?! — Взревел я, перепрыгивая через перила и тяжело приземляясь этажом ниже.

Чикоа пронеслась мимо меня к входной двери, где в воздухе прогремели звуки стрельбы. Кларисса последовала за ней, но я не собирался выходить на улицу, пока не узнаю, что Келли нет в доме.

Я пинком распахнул дверь в гостиную, затем в столовую и кабинет, но внутри ничего не обнаружил. Я выругался и направился к комнате в конце коридора, где стоял бильярдный стол, но дверь распахнулась прежде, чем я успел туда добраться.

Я зарычал от возмущения, и поднял свои клинки, когда шесть вампиров набросились на меня. Двое из них были Элитой, и они мрачно улыбались, нюхая воздух и обнажая клыки, потому что пришли за моей кровью.

Я издал боевой клич, нанося удар Бурей, но вампиры были хорошо обучены, и им удалось уклониться в сторону. Один из них поднырнул под мой удар и столкнулся со мной прежде, чем я успел нанести следующий удар Веномом.

Коридор был слишком тесным, чтобы я мог свободно передвигаться, и меня отбросило назад, когда вампир попытался укусить меня за руку. Я обрушил рукоять Бури на его череп, но момент, которого мне это стоило, дал еще трем вампирам шанс подобраться поближе.

Я пинал и бил кулаками, ударяя по лицам и локтями по спинам.

— Королева хочет, чтобы ты вернулся домой, Магнар, — промурлыкал один из Элиты, и я понял, что знал его по тому времени, когда служил под командованием Валентины.

— Королева может отлизать мне задницу, — злобно ответил я, направляя Венома вниз так, что один из низших был разрублен пополам и превратился в пепел, когда мой клинок встретился с его сердцем.

Я все еще сопротивлялся, прижавшись спиной к стене, отбиваясь от них с яростным отчаянием. Валентина никогда больше не вонзит в меня свои когти. Я не позволю снова разлучить нас с Келли.

Когда я подумал о женщине, которую любил, я мог поклясться, что услышал ее крик. Мое сердце упало, а гнев усилился. Если кто-то из этих монстров поднял на нее руку, то их смерть будет какой угодно, только не быстрой. Это будет искусство боли и страданий. Я заставлю их истекать кровью перед концом и молить о смерти.

Громкий крик достиг моих ушей, и клинки жадно загорелись в моих ладонях, когда Фабиан ринулся в бой.

Он отбросил моих противников назад, врезавшись в них, повалил одного на пол и сцепился с ним, нанося удары по плоти над сердцем. Низший разлетелся в пыль, и я взмахнул Веномом над головой Фабиана, отражая удар, когда один из Элиты нацелил меч ему в спину.

Фабиан вскочил, схватив Элиту за руку и сломав кость.

Пока он кричал, я с рычанием ярости вонзил Веном ему в сердце.

Последние вампиры набросились на нас вместе, но с Бельведером на моей стороне мы прорубились сквозь них, как сквозь стебли травы.

Фабиан ухмыльнулся мне в порыве товарищества, и я ответил ему тем же, фыркнув от смеха. Казалось, что, несмотря на наши различия, мы прикрывали друг друга, когда это имело значение, и я догадался, что это все, что действительно имело значение.

Я снова услышал крик Келли, и страх пробежал по моему позвоночнику, пока я оглядывался в поисках любого признака ее присутствия.

Фабиан рядом со мной глубоко вздохнул и быстрым шагом направился прочь. — Сюда, — прорычал он, и я побежал, чтобы не отставать. — У нее идет кровь.

М

ы ходили кругами по туннелям, и я начинал злиться из-за того, что Джулиус шел впереди.

— Я пойду впереди, — потребовал я, бросаясь вперед, но он толкнул меня локтем, когда я попытался пройти мимо него.

— Я прекрасно справляюсь, — прорычал Джулиус, расправляя плечи.

— Прекратите, — вздохнула Монтана. — Не ссорьтесь.

Джулиус кивнул мне в знак согласия, и мы вместе задали темп, ускоряясь до следующего перекрестка.

— Левая сторона должна вести к дому, — настаивал я, глядя в ту сторону.

— Нет, мы уже свернули налево, значит, это должно быть право, — возразил Джулиус, заставив меня зарычать от гнева.

Монтана протиснулась между нами, вглядываясь в два длинных туннеля.

— Что ты думаешь? — Я спросил ее, и она задумчиво поджала губы.

— Налево. Этот путь все равно поворачивает направо в конце. Смотри… — Она указала, и я самодовольно ухмыльнулся, добившись своего, быстрым шагом направляясь вниз по туннелю.

Мы двигались в тишине, и я почувствовал, что мы, должно быть, наконец приближаемся к дому. Он не мог быть далеко. И в этих туннелях становилось душно. Мне нужно было найти свою семью, а потом мы должны были убраться к чертовой матери с этой фермы.

Что, если Валентина здесь?