— Я бы никогда не причинил вреда своему брату или женщине, которую я люблю, — прорычал Магнар, и Кларисса слегка отшатнулась, когда он обратил на нее свой пылающий взгляд.

— Ты и не обязан! — Раздраженно сказал Эрик. — Просто выпей кровь из бутылки. Это только вопрос времени, когда…

Магнар метнулся к нему размытым движением и схватил его рукой за горло, поднимая в воздух, как будто это была самая легкая вещь в мире. Эрик боролся, и слабый грохот прорезал почву у моих ног.

— Если ты еще раз попытаешься заставить меня сделать это, я оторву тебе голову от тела, — пригрозил Магнар, прежде чем ослабить хватку на Эрике так же быстро, как и сжал его. Эрик отшатнулся, и Монтана испуганно схватила его за руку.

Взгляд Магнара скользнул к руке Джулиуса, которая дотянулась до рукояти его клинка, и я увидела, какую боль причинил ему этот поступок. Он покачал головой и отвернулся от всех нас, метнувшись в деревья на вершине холма так быстро, что от его движения мои волосы разлетелись по плечам.

— Черт, — прорычал Эрик, и я могла сказать, что он собирался последовать за ним.

— Не надо, — быстро сказала я. — Я пойду.

Фабиан застонал позади нас, приходя в сознание, и, обернувшись, я увидела, что Чикоа отодвигается от него, когда он начал подниматься.

— Это небезопасно, — запротестовал Эрик.

— Мне неприятно это признавать, но я думаю, что он, возможно, прав, Келли, — выдохнула Монтана.

Из горла Клариссы вырвался резкий всхлип, и она упала на колени в грязь, когда последние остатки шока от битвы покинули нас и тяжесть всего, что только что произошло, навалилась на нее. Черты лица Эрика тоже были искажены болью, но он не сводил с меня глаз, пытаясь решить, что делать.

— Позволь мне пойти к Магнару, — настаивала я. — Ты сам сказал, что он сохранил свои дары. Он из Клана Войны: он уже был сильнее тебя, и теперь это только усугубилось в десять раз. Никто из нас не сравнится с ним, если он захочет причинить нам боль, и, по крайней мере, я знаю, что он будет бороться с желанием причинить мне вред всем, что у него есть.

Эрик кивнул, признавая поражение, его взгляд переместился на Клариссу, когда Джулиус положил руку ей на плечо.

— По крайней мере, принеси ему несколько бутылок крови, — пробормотал он, и я кивнула, закусив губу и глядя в сторону грузовика, где они хранились.

Фабиан поднялся на ноги и направился обратно к нам. Я бросила на него извиняющийся взгляд, обходя его и направляясь за кровью.

На мгновение мне показалось, что он снова собирается протестовать, но рыдания Клариссы стали громче, и он опустился на землю рядом со своей сестрой, прижимая ее к себе, поскольку горе от потери Майлза и Уоррена захлестнуло их.

Монтана придвинулась ближе к Эрику, и его глаза наполнились пустотой.

На сердце у меня тоже было тяжело из-за их смерти, но я пока не могла погрузиться в это горе. Я была нужна Магнару. Я не позволю ему разбираться с этим в одиночку.

— Я иду с тобой, — пробормотал Джулиус, пристраиваясь рядом со мной.

Я кивнула в знак согласия, когда мы подошли ближе к грузовику. Конечно, он идет. Он позволит Магнару разбираться с этим в одиночку не больше, чем я.

Джулиус достал из багажника грузовика большую бутылку с кровью, и я поймала его за руку, прежде чем он успел отойти.

— С ним все будет в порядке, — выдохнула я дрожащим голосом, пытаясь убедить себя в том же, в чем убеждала его.

Джулиус избегал моего взгляда, его большой палец касался горлышка серебряной бутылки.

— Келли… — Он посмотрел на меня, затем снова отвел взгляд, покусывая внутреннюю сторону щеки. — Магнар — сын своего отца. Когда мы найдем его, он, возможно, попросит меня…

— Нет, — выдохнула я, осознав, о чем он говорит. — Мы так близки к разгадке пророчества. Он снова станет человеком через несколько дней! Ты не можешь согласиться, если он попросит тебя…

— Разве не ты только что убеждала свою сестру, что никогда не захочешь провести ни одного дня в качестве вампира? — он грустно спросил меня. — А что случилось с «Я хочу умереть смертной смертью, несмотря ни на что»?

— Я знаю, — прошипела я. — Да, я гребаная лицемерка! Но мне все равно. Это не одно и то же — никто не выбирал это за него. Я бы никогда не стала навязывать ему это, и ты это знаешь. Но теперь, когда дело сделано, не могли бы мы, по крайней мере, договориться сначала добраться до горы? Прежде чем нам придется принимать какие-либо решения…

— Келли, если он попросит меня об этом…

Я отвесила ему пощечину, и его голова дернулась вбок от силы моего дара. Его челюсть сжалась, и он мрачно посмотрел на меня сверху вниз.

— Если ты убьешь его, Джулиус, я клянусь всем, что я есть, что я…

— Он уже мертв, — прорычал Джулиус и стиснул зубы, в то время как его глаза заблестели от эмоций.