— Черт, нам нужно вернуть все туда, где мы это нашли, и убираться отсюда к чертовой матери, — в панике сказал Джей-Джей.

Я в страхе уставился на символ на медальоне в моей руке, прежде чем оглянуться на бледные лица моих друзей.

— Эм, ребята, становится хуже. Намного, блядь, хуже, — крикнул Чейз, и я посмотрел туда, где он стоял, вглядываясь в дверной проем с сигаретой во рту. Мы двинулись за ним, и я почувствовал запах смерти еще до того, как увидел ее. Он широко распахнул дверь, и я увидел тела, лежащие повсюду, окровавленные и изуродованные, с лицами, искаженными предсмертной агонии.

— О черт, — выдохнула Роуг, и я потянулся к ее руке, засовывая медальон в карман, и пытаясь точно вспомнить, где мы его нашли.

— Черт возьми, вы только посмотрите на это. — Я обернулся на голос Маверика и увидел его с бутылкой водки в руке, в которой плавало что-то похожее на большой палец.

— Поставь ее, — прошипела Роуг, как будто боялась, что на этой штуке останутся его отпечатки пальцев, и вырвалась из моей хватки, забирая ее у него из рук. В этот момент большая волна качнула лодку, и она выскользнула из ее пальцев, рухнув на палубу, и водка разлилась по ней вместе с отрубленным большим пальцем.

Джей-Джей налетел на Чейза, и я двинулся, чтобы поддержать их, но моя нога поскользнулась на водке, и я рухнул на пол, увлекая Чейза за собой. Сигарета вылетела у него изо рта, упав на палубу с дождем искр, и водка вспыхнула ярким пламенем.

Джей-Джей поднял нас на ноги, когда очередная волна сильно качнула лодку, и Роуг с Мавериком вцепились друг в друга, чтобы не упасть.

— Я же говорил вам, что сегодня вечером надвигается гребаный шторм, — встревоженно сказал Джей-Джей. — Нам не следовало приходить сюда.

— Успокойся, — рявкнул Маверик, но в его глазах вспыхнул огонь, и мы все поспешили убраться от него куда подальше, карабкаясь к лестнице, которая вела обратно на верхнюю палубу.

Огонь разгорелся еще жарче, и Чейз подтолкнул меня, когда мы все побежали вверх по лестнице, а тепло пламени омывало мою спину.

Я не отрывал взгляда от Роуг впереди нас, когда Маверик вцепился в ее руку, и мы все ахнули, когда лодку снова сильно качнуло. Я вскочил на ступеньку и прижал Роуг к стене, когда она скользнула по ней боком. Моя голова ударилась о нее, но она безболезненно ударилась о мою грудь, и я подтолкнул ее на следующую ступеньку, побуждая ее продолжать путь, пока Маверик тащил ее за собой. Я бросил взгляд назад, чтобы убедиться, что Чейз и Джей-Джей идут прямо за мной, и мое сердце заколотилось при виде распространяющегося пламени за их спинами.

— Вперед! — Джей-Джей крикнул, и я, черт возьми, послушался, помчавшись вместе со всеми, а затем мы добрались до верхней палубы и перемахнули через перила. Я нырнул в океан, и как только вынырнул на поверхность, мы все поплыли к скоростному катеру моего отца, который мы привязали рядом с яхтой.

Маверик залез первым, потянув за собой Роуг, прежде чем они оба принялись помогать остальным выбраться из воды. Чейз побежал заводить мотор, и мы рванули прочь к берегу, оглядываясь на яхту, и увидели как на верхней палубе показался огонь. Я обнял Роуг за плечи, а Джей-Джей взял ее за руку с другой стороны, в то время как Чейз и Маверик плотно сомкнулись вокруг нас.

— Нам крышка, — прошептал Джей-Джей.

— Это не так, — яростно прорычал я. — Только мы знаем, что мы там были. Поэтому все, что нам нужно сделать, это никогда никому не рассказывать. Поклянитесь в этом.

— Я клянусь, — сказали они одновременно, и я почувствовал силу этой клятвы, связывающую нас каким-то образом глубже, чем мы уже были связаны.

Я оставил Роуг спать в своей постели, а сам отправился на утреннюю пробежку, стряхивая с себя призраки прошлого, нежась на утреннем солнце и напоминая себе, что наш секрет все еще надежно заперт в склепе Роузвудов. Когда я вернулся домой, из патио до меня донесся голос Джей-Джея.

— … да, вот так. Ты чувствуешь меня внутри себя так чертовски глубоко?

Мое сердце дрогнуло, и в голову пришла какая-то безумная, дикая мысль, которой, блядь, не было места в существующем мире. Сейчас в этом доме только одна девушка.

Я побежал на кухню, вышел во внутренний дворик, и мой взгляд упал на Джей-Джея, лежащего в шезлонге в ярко-розовых шортах с одноразовым телефоном, прижатым к уху.

— Назови меня по имени, здоровяк, — промурлыкал он, а затем ухмыльнулся, заметив меня, и включил громкую связь.

— Ханг, — с придыханием произнес мужской голос.