— Черт, мне нравится видеть тебя, покрытую моей спермой, — сказал он низким голосом, вытаскивая из меня пальцы и обхватывая ими свой твердый член, дроча так, как ему нравилось, и устраивая шоу, от которого я задыхалась от желания попробовать его на вкус.

Я приподнялась на локтях, мое тело все еще содрогалось от взрывов удовольствия, которое он мне доставил, и я подалась вперед и провела языком по головке его члена.

Маверик сжал мои волосы в кулак и накормил меня своим членом, как я и хотела, загоняя его мне в горло и заставляя меня давиться его огромным, покрытым татуировками членом.

Мои глаза наполнились слезами, пока он жестко трахал мой рот, и я схватила его за задницу, впиваясь ногтями в его плоть в знак поощрения, — мне нравилось, когда он был груб со мной, и я хотела, чтобы он владел мной так же, как я владела им.

— Ты такая чертовски совершенная, — сказал он, наблюдая за мной. — Моя идеальная, прекрасная, потерянная девочка.

Я застонала вокруг его члена, но он внезапно отстранился, наклонился через меня к краю кровати и поднялся надо мной с ремнем в руках.

— Я же говорил тебе, что зол на тебя, Роуг, — сказал Маверик, протягивая ремень между нами и делая из него петлю. — Итак, теперь мне нужно, чтобы ты сказала мне, готова ли ты к своему наказанию? Потому что мне понадобится мой фунт плоти, прежде чем я смогу простить тебя.

Я облизала свои припухшие губы, ощущая на них вкус его возбуждения, смешанного с моим собственным, пока обдумывала, о чем он меня просит. В последнее время я так многого боялась, и яд Шона так глубоко подействовал на меня, что я даже представить себе не могла, что окажусь с ним в таком положении этим утром. Но когда я посмотрела в его темные глаза, то нашла там ответ на свой вопрос.

В этом темном мире, где мы жили, я могла бояться многого, но было и кое-что, чему я могла безоговорочно доверять, и этот мужчина был как раз из таких. Я любила его. И я причинила ему боль. Поэтому я готова была позволить ему применить ко мне любое наказание, чтобы он смог пережить это предательство и снова найти путь ко мне.

Я медленно кивнула, протягивая запястья, и ухмылка Маверика стала порочной, когда он схватил меня за бедро и перевернул под себя.

Он поймал мои запястья и зафиксировал их у основания позвоночника, затянув ремень достаточно туго, чтобы заставить меня резко вдохнуть, прежде чем схватить меня за задницу и поднять ее в воздух.

Мое лицо было прижато к одеялу, и я мгновенно обрадовалась этому, так как это заглушило мой крик, когда он вошел в меня на всю длину своего члена без какого-либо предупреждения.

Я выругалась, когда он вышел и снова врезался в меня, его член проник глубоко, жестко и эгоистично, поскольку он использовал мое тело для собственного удовольствия и наказывал меня так, как ему было нужно, с животной свирепостью.

Все, что я могла делать, — это подаваться бедрами назад, чтобы встречать его и принимать каждый толчок его члена глубоко в себя, пока он шлепал меня по заднице, дергал за волосы и трахал меня так сильно, что я едва могла дышать.

Моя киска принимала каждый его толчок, но все равно просила большего, и я согнула пальцы у основания позвоночника, желая, чтобы они были свободны, чтобы я могла погладить свой клитор.

Словно поняв, что мне нужно гораздо больше, Рик внезапно схватил меня, перевернул на спину, зажав мои руки подо мной, поднял мои ноги к себе на плечи и снова погрузился в меня.

Его рука опустилась на мой рот, чтобы заглушить мой крик удовольствия, когда он прижался ко мне и дал моему клитору то трение, которого он так жаждал.

Он снова вошел в меня, и я укусила его за ладонь, ощутив вкус его плоти и крови на своем языке, когда мои зубы проткнули кожу, но он не отпустил меня. Он лишь крепче прижал меня к себе, его глаза загорелись от удовольствия, а вкус его крови так и остался у меня во рту.

Маверик продолжал жестко трахать меня, но его движения становились все медленнее, его глаза смотрели на меня, и казалось, что он впитывает меня в себя, а весь остальной мир просто исчезает.

Мы были единым существом, полностью объединенным в нашей похоти, любви и блаженном наслаждении плотью.

Он прижимался своими бедрами к моим снова и снова, терся о мой клитор, пока не смог увидеть нарастающий оргазм в моих глазах, и я снова застонала в его руку.

— Я тоже люблю тебя, малышка, — сказал он тихим голосом только для меня, и с этими уничтожающими словами я сильно кончила, вскрикнув в его ладонь, когда моя киска крепко обхватила его и умоляла последовать за мной в темноту.

Рик вонзил в меня свой член еще несколько раз, не сбавляя темпа, пока мое тело судорожно сжималось вокруг его, а затем он внезапно вышел, кончая мне на грудь с ревом удовольствия, из-за которого все мои попытки сохранять тишину оказались совершенно бессмысленными.