— Я не собираюсь пытаться переубедить тебя, но, если уж на то пошло, я не соглашусь на часть Роуг, Фокс. Хотя мог бы. Я бы согласился на объедки, потому что не заслуживаю ничего, но я не могу сидеть здесь и говорить тебе, что все так, потому что это не так. Она наша. Я не могу этого объяснить, но она не разделена этим, наоборот, это делает ее более живой, как будто она снова та девочка, которую мы все знали и любили в детстве.

Фокс слегка поморщился, стараясь не смотреть на меня. — Я не понимаю, как это возможно.

— Потому что она Роуг, — просто сказал я. — Потому что она отдавала себя всем нам, когда мы были детьми, и теперь она делает это снова.

— Конечно, — пробормотал он, явно не купившись на это, и я вздохнул, гася сигарету.

— В любом случае, я пришел поговорить с тобой не только о ней, — сказал я, потирая затылок. — Я хотел прояснить ситуацию с тобой, учитывая, что завтра мы собираемся выступить против Шона, и кто знает, какое дерьмо произойдет.

Фокс посмотрел на меня, в его глазах светилось сожаление. — Ты выглядишь так, словно собираешься извиниться, — медленно произнес он.

— Ну… — Я пожал плечами. — Да, так что…

— Не надо, — прорычал он, протягивая руку и хватая меня за плечо, глядя мне в глаза. — Не надо извиняться передо мной, Эйс. Я сделал то, что сделал, потому что позволил тому, что я был лидером Команды, смешаться с тем, что я был твоим братом, и я был чертовски хорошим боссом, но дерьмовым гребаным другом. Но я больше не часть Команды и не хочу снова быть тем человеком. Прости, что я так обошелся с тобой и Джей-Джеем, прости, что не услышал вас обоих, когда появилась Роуг. Может, все могло быть по-другому, я не знаю. — Он вздохнул, его рука скользнула вверх, чтобы обхватить меня сзади за шею, и я позволил ему притянуть меня вперед и прижаться лбом к моему лбу, как он сделал, когда мы в последний раз прощались. — Пообещай мне, что будешь любить ее так сильно, как только сможешь, и не допустишь, чтобы прошел хоть один день, когда она не улыбнется, Эйс. Поклянись в этом.

— Фокс… — Я пытался.

— Поклянись, блядь, — потребовал он, и я почувствовал, как сильно он нуждался в этом, когда кивнул.

— Я клянусь в этом, — сказал я, чувствуя, что наши роли поменялись местами с того момента на парковке мотеля, как будто я снова там, только на этот раз уходил Фокс. — Но знаешь что, Фокс? Ты так и не сдержал данного мне обещания, ты сказал, что сохранишь нашу семью вместе, несмотря ни на что, и ты этого не сделал.

Фокс отпустил меня, откинулся на спинку сиденья и посмотрел в небо. — Теперь я сдержу свое обещание, брат. Просто не так, как ты себе представлял, потому что я больше не часть этой семьи.

— Ты ее часть, — яростно прорычал я, желая, чтобы он боролся за нас, но видя, что он уже сдался. — Мы не можем быть семьей без тебя, разве ты не понимаешь? Нас пятеро, так было всегда. По-другому быть не может.

— Может и будет, — просто сказал он, удаляясь в то отстраненное место, в котором, казалось, всегда находился в эти дни.

— Фокс, которого я знаю, никогда бы от нее не отказался, — настаивал я.

— Тот Фокс сделал бы ее навсегда несчастной, — пробормотал он.

— Так будь другим Фоксом, черт возьми, — прорычал я, но он не стал отвечать на мой гнев, просто покачал головой, словно дело было решено.

Я вытянул больную ногу и поморщился от боли в икре, но, почувствовав на себе взгляд Фокса, быстро сменил выражение лица, чтобы скрыть боль. Верно, я собирался это сделать. Я собирался разыграть лучшую карту, которая у меня была, но мне придется очень низко пасть, чтобы использовать ее. И меня это устраивало, потому что если это заставит Фокса хотя бы попытаться провести немного времени с остальными из нас, то к черту все.

— Тогда, думаю, увидимся утром, — сказал я с грустной улыбкой, поднимаясь на ноги и перенося весь свой вес на больную ногу. Я упал как последний ублюдок, и мне даже не нужно было ничего приукрашивать, так как на днях я напряг ее, спасая свою жизнь. Я определенно не хотел опрокидывать стул, но мой план сработал слишком гладко, и я выставил себя полным ослом, а руки Фокса обхватили мою руку, потянув меня вверх и крепко прижав к себе.

Уголок моего рта приподнялся. — Мой герой, — поддразнил я, и он расплылся в улыбке. — Ты хочешь, чтобы я встал на колени в знак благодарности или мне просто наклониться и раздвинуть их, как хорошей девочке?

Он фыркнул, и я хихикнул, вырываясь из его объятий и ковыляя к двери, определенно прихрамывая сильнее, чем было нужно на самом деле. Я оглянулся на него, прежде чем уйти, ухватившись за дверной косяк, собираясь попросить его помочь спуститься вниз, но обнаружил, что он уже стоит у меня за спиной и наблюдает за мной, как отец за шатающимся ребенком, который учится делать свои первые шаги.

— Я провожу тебя вниз, — сказал он, и я кивнул, пряча улыбку, когда снова отвернулся, а Фокс взял меня под руку, чтобы поддержать.

Я продолжал притворяться, пока мы шли, спускаясь по лестнице и направляясь к бару, куда ушли остальные.