— Мейбл! — Маверик в отчаянии закричал в трубку, и я ухмыльнулся.

— Итак, на чем я остановился? — Я вздохнул, пытаясь привести в порядок свои мысли. — Ах да, женщины со слишком сильным характером. — Я свысока посмотрел на Мейбл, и она посмотрела на меня в ответ с ненавистью в глазах.

— Ты умрешь от рук этой девчонки, Шон Маккензи, — прорычала она с ноткой пророчества в голосе, которая мне совсем не понравилась, и моя улыбка превратилась в мрачный взгляд.

— Нет, мисс Мейбл. Ты ошибаешься, — промурлыкал я, наклоняясь и выдыхая струйку дыма ей в лицо. — И я собираюсь доказать это, когда она будет прямо здесь, ломаясь перед тобой. Мое имя будет последним словом, которое когда-либо сорвется с ее губ, пока я забираю всю силу из ее плоти и впитываю ее прямо в свою. Точно так же, как я поступил со своим папой. — Я взял моток веревки со стола рядом с ней и начал связывать ей руки. — Вставай, старушка. Пришло время для второго этапа.

Tуннели под бункером казались бесконечными, тупики и бесчисленные повороты заставляли меня терять всякое чувство направления, поскольку я была вынуждена ползти по ним по битому стеклу, в то время как с потолка свисали полосы колючей проволоки, готовые вонзиться в меня, если я не буду держаться достаточно низко.

Это было именно то гребаное дерьмо, которого я ожидала от Шона, хотя он, должно быть, потратил кучу времени здесь, в грязи, на то, чтобы все это устроить, только для того, чтобы получать удовольствие, наблюдая, как я режусь через маленькие камеры, которые он установил здесь. У меня было более чем небольшое искушение сорвать эти чертовы штуковины, потому что мигающие красные огоньки на них дразнили меня каждый раз, когда я получала новый порез на своей плоти об стекло, но это только дало бы ему повод причинить боль Мейбл, а я не могла так рисковать.

Я вскочила на ноги, когда туннель, наконец, расширился надо мной, смахивая осколки стекла с колен и вытаскивая один зазубренный осколок из голени, громко и красочно проклиная Шона.

Я моргнула, осматривая пространство вокруг себя, когда поняла, что темнота немного отступила, и когда я вгляделась в более широкий туннель впереди меня, я была почти уверена, что оттуда исходит луч света.

Я сделала глубокий вдох, на мгновение прижав руку к все еще кровоточащему плечу и пытаясь сосредоточиться. Мне нужно было оставаться начеку, сосредоточиться и пройти через это, пока я ждала, когда приедут мои мальчики. И они приедут. Маленький микрочип в моей руке обещал мне это.

Я осторожно шагнула вперед, щурясь в тусклом свете в поисках еще каких-нибудь острых и смертоносных предметов, но чем дальше я шла, тем светлее становилось, и вокруг не было ничего заостренного, нацеленного на меня.

Туннель повернул за угол, и я замерла, обнаружив, что меня ждет тупик с лестницей, ведущей куда-то наверх. Наверху лестницы мерцающее пламя выдало источник света, льющейся на меня, и я заколебалась, пытаясь оценить, что еще ждет меня там, наверху.

Удостоверится было невозможно, поэтому я глубоко вздохнула и двинулась вверх.

Плечо, в которое Шон вонзил нож, ужасно болело, пока я хваталась за каждую перекладину и поднималась все выше, но я стиснула зубы и продолжила путь наверх, зная, что другого выбора нет.

Я очутилась в большом деревянном сарае с дырами в крыше и стенах, воздух был наполнен запахом гниющего сена, а паутина толстыми полосами облепляла каждый угол, наполненный пылью.

Прохладный ветерок дул из приоткрытой передо мной двери, и единственный реальный свет исходил от горящего факела, воткнутого в землю наверху лестницы.

Я сделала шаг к двери, но замерла, когда звук старомодного телефонного звонка прорвался сквозь пространство и заставил меня вздрогнуть от неожиданности.

Я огляделась в поисках источника шума, зная, что у меня нет выбора, кроме как подыгрывать этому дерьму, когда заметила красный телефон, стоящий на трехногом табурете слева от двери.

Я подняла тяжелую телефонную трубку, а мои глаза скользили по вращающемуся циферблату, пока я пыталась понять, где, черт возьми, Шон нашел эту штуку, не говоря уже о том, как ему удалось заставить его работать.

— Да? — Холодно ответила я, прижимая трубку к уху и готовясь слушать его бред.

— По-моему, так нельзя обращаться к хранителю твоей жизни, правда, сладенькая? — Проворковал Шон на другом конце провода, его голос потрескивал в старой телефонной трубке и выводил меня из себя. — Я заслуживаю подобающего приветствия от моей дорогой возлюбленной, не так ли?

— Просто скажи мне, чего ты хочешь, Шон, я не собираюсь играть с тобой в притворство. Мы оба знаем, что ты здесь просто забавляешься со своей едой, так что скажи мне, какого хрена тебе надо.