— Она это заслужила, — выдохнула я, понизив голос, чтобы Рози нас не услышала.

Фоксу удавалось находить каждую кочку и выбоину на протяжении всего пути, и каждый раз, когда кузов грузовика подпрыгивал на одной из них, Рик громко смеялся, явно наслаждаясь каждой секундой происходящего.

Наконец мы остановились у старой железнодорожной станции на окраине Стерлинга, где загружали грузы для перевозки по штатам, и я улыбнулась, выпрыгивая из машины.

Я забралась в кузов, стащив собачье полотенце с потрепанной Рози, и она еще немного поплакала, когда я слегка подтолкнула ее, чтобы она начала двигаться.

— Что я здесь делаю? — выдохнула она, когда Джей-Джей повел ее к проволочной изгороди, которая отгораживала этот конец железнодорожной станции, и быстро нашел дыру, через которую могли пройти мы.

— Это единственный способ обезопасить тебя, — твердо сказала я. — Ты же не хочешь превратиться в кожаное пальто, правда?

Рози яростно замотала головой, и я сочувственно похлопала ее по руке, прежде чем слегка подтолкнуть, чтобы она пошла.

Мы прошли через дыру в заборе, и я повела нас к товарным вагонам, которые уже были заперты и готовы к отправке. Дальше по платформе несколько рабочих загружали последние вагоны, но они не смотрели в нашу сторону, а может, им было на нас наплевать, потому что никто не пытался нас остановить, пока мы шли к поезду.

Я двигалась вдоль товарных вагонов, пока не услышала низкое мычание и не почувствовала запах дерьма скота, на который так надеялась.

— Сюда, — твердо сказала я, забираясь наверх и умудряясь открыть дверь вагона, прежде чем заглянуть внутрь и увидеть около тридцати крупных коров, которые стояли на подстилке из соломы, поедая корм из ведер, находящихся в дальнем конце пространства.

— Со скотом? — Рози побледнела, но я серьезно кивнула.

— Они высасывают весь кислород из других вагонов поезда, чтобы заставить его двигаться быстрее. Это единственный вариант.

— Правда? — пискнула она, и все мальчики поспешно согласились со мной. Честно говоря, эта девушка все еще была тупа, как коробка с камнями.

— Быстрее, — поторопила я, когда люди на платформе начали закрывать двери последних вагонов, давая понять, что поезд скоро отправится.

Рози позволила мне подвести ее к двери и заключила меня в объятия, которые застали меня врасплох, так что я неловко похлопала ее по спине.

— Прощай навсегда, Рози, — сказала я, изображая грусть. — Тебе придется называть себя Гертрудой Саламандер и начать новую жизнь там, где остановится поезд. Это единственный способ убедиться, что тебя никто никогда не найдет.

— Гертруда Саламандер? — повторила она, а в ее глазах стояли слезы.

Джей-Джей подошел и обнял ее за плечо, когда я вырвалась из ее объятий. — Тебе очень идет, — согласился он. — Прощай, Герти.

Она бросилась к Чейзу с надувшимися губами, но Маверик опередил ее, подняв с земли и бросив к коровам. Ее надутые губы врезались в зад особенно крупной коровы, которая в ответ злобно пнула задней ногой, попав Рози в грудь, когда та упала на пол. — Ай! — завопила она, а ее рука погрузилась в коровью лепешку, когда она попыталась встать.

— Пока, Герти! — Громко крикнул Рик, а Чейз подошел, чтобы запереть дверь.

— Нам просто не суждено было быть вместе, — сказал Чейз, а звук двигателя и мычание коров заглушили все, что она прокричала нам в ответ.

Мы попятились назад, сдерживая смех, пока поезд набирал скорость, и окончательно разразились хохотом, глядя, как он увозит девушку, которая всегда пыталась испортить мне жизнь, направляется к месту назначения где-то у черта на куличках в центральной Небраске.

Один из мужчин, работавших на железнодорожной станции, наконец заметил нас, что-то крикнул, и мы все бросились бежать, как кучка детей, снова замышляющих что-то нехорошее.

Джей-Джей схватил меня за руку, а Фокс отодвинул забор в сторону, после чего мы все помчались прочь, прежде чем запрыгнуть обратно в его грузовик и рвануть оттуда на максимальной скорости.

— Черт, мы, блядь, ужасные люди, — выдохнула я сквозь смех.

— Кучка законченных придурков, — согласился Джей-Джей.

— Полные ублюдки, — гордо сказал Рик.

— И мне абсолютно насрать, — рассмеялся Чейз.

— По-другому и быть не могло. — Фокс усмехнулся, и я тут же поняла, что мои мальчики снова со мной. Нас пятеро. Как и должно было быть всегда.