Найл появился снова, весь забрызганный кровью и ухмыляющийся от уха до уха, а затем хлопнул меня по плечу, как будто мы были друзьями. Гребаный bastardo loco.

— С этими у меня уже восемь, напомни, сколько у тебя, El Burro? Шесть? — Он дико расхохотался и выбежал за дверь, а я, зарычав, погнался за ним.

— Я закончу свой подсчет, отрубив тебе голову, hijo de puta, и кто тогда будет победителем?

Неземной вопль донесся из открытой камеры слева от меня за полсекунды до того, как на меня налетело и сбило с ног тяжелое тело.

Ногти вонзились мне в лицо, а женщина кричала и ругалась, произнося стихи из Библии, внезапно переместив меня в прошлое так, что меня захлестнула паника. Я снова был тем мальчиком, попавшим во власть тех женщин, которые утверждали, что служат богу, который никогда не испытывал ко мне никакой любви. Я был ребенком, так нуждавшимся в любви, но вместо нее получал лишь ненависть. Я был в отчаянии и кричал, чтобы мой папа вернулся домой, надеясь, что он поймет, что делает моя мама, когда его нет, но он так и не понял, и я остался там, чтобы страдать и страдать, пока…

Женщину оторвало от меня и отбросило в сторону, и я обнаружил, что смотрю на окровавленного ирландца, склонившего голову набок и протягивающего мне руку.

— Да ладно тебе, парень. Я могу быть порядочным человеком всего десять минут в день, а ты уже отнимаешь мое драгоценное время.

По какой-то неизвестной причине я позволил ему взять меня за руку и поднять на ноги, а затем обнаружил, что смотрю в его ярко-зеленые глаза.

Я не мог его поблагодарить. Я ненавидел его слишком сильно, чтобы даже думать об этом. Но я также не мог заставить себя воспользоваться его близостью и пырнуть его ножом.

— Таких людей, как мы, всегда что-то преследует, — проворчал он. — Но я думаю, лучше не давать призракам лишних боеприпасов, если мы можем предотвратить атаку, верно?

Он хлопнул меня по бицепсу, а затем повернулся и побежал прочь, выкрикивая имя Бруклин и оглядываясь по сторонам в поисках ее, оставив меня в замешательстве смотреть ему вслед.

Я последовал за ним: мое сердце бешено колотилось, а брови нахмурились. Где, черт возьми, она была?

И где вообще, все те, черт возьми, кто должен был находиться в этом крыле? Женщина, которая напала на меня, выбежала через дверь, которую я выломал после того, как Найл отшвырнул ее от меня, но остальные не могли уйти тем путем.

Свинцовая тяжесть опустилась в мой желудок, когда чувство страха разлилось по моим конечностям. Мы здесь что-то упускали. Что-то жизненно важное. И если мы в ближайшее время не разберемся, что происходит, у меня появилось ужасное предчувствие, что мы опоздаем спасти мою chica loca.

— Бруклин! — проревел я вместе с Найлом, ускоряя шаг, пока бежал за ним, и мы вместе искали ее. — Бруклин!

Злой Джек приложил ключ-карту, которую он украл у Люсиль, к панели у двери, которая должна была вывести нас наружу, и я вытянула шею, пытаясь лучше разглядеть окружающую обстановку, когда он вышел на ночной воздух.

Внезапно он сбросил меня в кусты, и я взвизгнула, когда в меня впились колючки. Джек наклонился надо мной, как Пизанская башня, и нахмурил брови.

— Прячься, — приказал он своим грубым голосом.

— А как же ты? — Ахнула я.

— Нет. — Он оглянулся через плечо, когда откуда-то совсем рядом донеслись крики, и его челюсть сжалась от ярости. Он снова посмотрел на меня и затолкнул мою голову ниже, в кусты. — Останься здесь. — Он зашагал прочь, и откуда-то поблизости донеслись крики. Ох уж эти гребаные бурундуки.

Я высунула голову из куста роз, разглядывая большой бетонный двор, где охранники и медсестры лихорадочно загружали пациентов в транспортировочные автобусы, выкрикивая что-то о противопожарных мерах и экстренной эвакуации.

Джек направился прямо к грузовику, припаркованному в конце ряда транспортных средств, и водитель направил на него пистолет из окна. Я открыла рот, чтобы предупредить его, но тут прогремел выстрел, а Джек даже не вздрогнул, когда пуля пролетела мимо него, задев руку и разбрызгав кровь. Я ахнула, когда он бросился вперед, вытащил мужчину из окна и, схватив его за голову руками, вонзил большие пальцы ему в глаза. Мои губы приоткрылись, пока я наблюдала за прекрасным зрелищем, как он безжалостно убивал его, а затем бросил на землю. Он сел в грузовик, завел его, и его взгляд остановился на розовом кусте, в котором сидела я. Он идет за мной. Мой большой злой великан уже в пути!

Но внезапно к нему бросились охранники, подняв оружие и крича, чтобы он вылезал из машины. Мое сердце билось, как кролик, прыгающий в клетке, когда они вытащили его из грузовика и повалили на землю, заковав его руки в наручники.

— Нет… Джек, — выдохнула я в ужасе.