— Я думаю, ты отклонилась от темы, — вмешался Матео.

— Минеты! — Выпалила я. — Я была бы чертовски хороша в минетах. У меня нет рвотного рефлекса, видишь? — Я засунула пальцы себе в горло так глубоко, как только могла, и брови Матео поползли вверх.

Из его груди вырвалось низкое рычание, от которого по моему клитору пробежала дрожь, и я, не моргая, вытащила пальцы из горла. Я вдруг почувствовала себя оленем, за которым наблюдает лев, и если я что-то и знала о животном мире, так это то, что, если хочешь сбежать, нужно подражать зверю, который пытается тебя поймать. В любом случае, я не была оленем. Я была темно-розовым леопардом со светло-розовыми пятнами.

— Ррр! — закричала я, и он моргнул, так что я выиграла. Было бы странно предложить ему минет, чтобы доказать, что я в этом хороша? Мне очень нужно было поднять уверенность в себе, а его член долгое, долгое время не получал никакого внимания. Возможно даже целый год. Но что, если я не умею делать минет? Нет, у меня точно все получилось бы естественно.

Я внезапно занервничала, глядя на своего Мертвеца, и заправила прядь волос за ухо, вспомнив о другом своем таланте. Я начала ползти к нему на четвереньках, покачивая бедрами и соблазнительно выпячивая задницу. Матео сжал челюсти, наблюдая, как я приближаюсь, его руки сжались в кулаки, а костяшки пальцев побелели. Я хотела снова прикоснуться к нему, и это было странно для меня. Прикасаться к большинству людей для меня было чертово табу, но к Мертвецу? О черт, он вызывал у меня мурашки по коже.

Я сексуально облизнула губы, демонстрируя ему своего леопарда. Собственно, это могло бы стать моим прозвищем убийцы. Сочный Леопард. Нет, Розовая Киса. Да, это звучало и сексуально, и пугающе. Вы бы не захотели встретить Розовую Кису в темном переулке. Она бы сожрала все члены в городе.

Я издала негромкий рычащий звук, забираясь к нему на колени, и его дыхание стало тяжелее, пока он наблюдал за мной. Мое собственное дыхание тоже участилось, поскольку я пыталась игнорировать опасность, исходящую от каждой клеточки этого мужчины. Это заставляло меня дрожать, и мне это нравилось. Я впитывала страх, пронизывающий мое тело, потому что он заставлял меня чувствовать себя живой. Это была плохая идея, но все лучшие идеи были такими. Я просто не была уверена, что не окажусь из-за этого разорванной на куски.

— Я потрясу… — Я провела рукой вниз по его обнаженной груди, по рельефным мышцам. — Твой. — Я скользнула дальше, до самой огромной выпуклости в его штанах. — Мирр. (Прим.: Игра слов — главная героиня произнесла worm, вместо world)

Я опустила голову, и он схватил меня за горло.

— Мир, — выдавил он, сжав руку, заставляя меня посмотреть на него, и мое сердце бешено заколотилось в груди.

— А? Ты собираешься убить меня, Мертвец? — Прохрипела я, когда его пальцы сжали крепче. — Или ты просто любишь играть грубо?

Я сжала его огромный член через штаны, не зная, что с ним делать, но была уверена, что легко разберусь. Он что-то проворчал, а затем столкнул меня со своих колен, и вдавил спиной в решетку рядом с нами. Мой пульс бешено участился, когда он прижал меня к ней, а в его глазах плескалось море насилия, в которое мне хотелось нырнуть.

— Я не в твоем вкусе? — Спросила я, пытаясь дышать. — Я запуталась, Мертвец. Кажется, я нравлюсь твоему члену, или это Найл ему нравится?

Он зарычал, а в его глазах поселился монстр. О, привет, чудовище. Я протянула руку, погладила его по волосам, провела рукой по его шее и погладила его.

Он отпустил меня, и я рухнула на пол, а он навис надо мной, удерживая в клетке своим гигантским телом.

Мой взгляд снова скользнул к огромной выпуклости в его штанах, а затем вернулся к его свирепым глазам.

— Я получаю противоречивые сигналы.

— Я монстр, которого люди боятся, ложась спать по ночам, — прошипел он. — Не играй со мной, или в конце концов тебя утащат в подземный мир, mi sol.

Вау, мне понравилось прозвище, которое он мне дал. Интересно, что оно означало. Наверное, что-то вроде «бобовый росток» из-за моего крошечного роста и тощих, как бобы, ножек. Но Джеку пришлось бы ждать очень долго, пока я вырасту до небес, чтобы он мог взобраться на меня и отправиться на охоту за великанами.

Мое сердце взволнованно забилось, но когда Матео положил руки по обе стороны от меня на бетон, страх сковал каждую клеточку моего существа. Он собирался убить меня или поцеловать. И я не была уверена, что бы я предпочла прямо сейчас. Смерть от рук этого мужчины не казалась такой уж ужасной судьбой, но поцеловать его было самым волнующим искушением, которое я когда-либо испытывала.

Дверь с грохотом распахнулась, и Найл, спускаясь по лестнице, дунул в свисток.