— Это единственный способ, Шэдоубрук. Просто расслабься. Лежи и думай о Луне, — подбадривал он, и я знал, просто блядь знал, что он прав. Если я хотел сделать это для Розали, то это был единственный способ вытащить кристалл отсюда. Особенно если они действительно будут обыскивать Сина, когда мы уйдем. Дыхание вырвалось из моих легких, когда я сдался, и Син шлепнул меня по заднице, заставив сердито зарычать.

— Давай, секси, покажи мне, как сильно ты любишь своего большого мальчика, — подбадривал он.

Я собираюсь его убить.

Я сдался и позволил ему перевернуть меня, притворно застонав и нахмурившись, а Син разразился мерзким смехом.

— Как будто кто-то поверит, что я позволю тебе завалить меня, — пробормотал я, прежде чем Син прижался своими губами к моим. Он не стал сдерживаться и провел языком между моих губ, а я изо всех сил старался не откусить его. Не то чтобы я раньше не целовался с парнями, но эти обстоятельства были охренительно неприемлемы.

Син поднес пальцы к нашим ртам, проталкивая кристалл между нашими губами, чтобы смочить его, но при этом скрывая его за головой. Затем он опустил руку, запустив ее в мой комбинезон, и я приподнял бедра, когда он засунул руку в мои боксеры, сердито прикусив губу, когда его пальцы раздвинули мои ягодицы. Я напрягся и зарычал, когда он просунул кристалл внутрь, а затем так же быстро убрал руку.

— Почему ты твердый? — Я зашипел, когда его член уперся мне в ногу.

— Я Инкуб с синими яйцами, а ты горячая штучка, дай мне передохнуть, сладенький, — он снова засмеялся.

— О да, это то, что надо.

Я вскинул голову от голоса Планжера, распахнул глаза и уставился на него, распахнутым комбинезоном и запущенными руками в штаны, пока он наблюдал за нами.

— Мммм, можно еще немного салями в этот сэндвич? — промурлыкал он.

— Съебись, — рявкнул я, когда Син слез с меня, задрав штаны, а затем рывком поставил меня на ноги.

Я поправил комбинезон, вздрогнув от дискомфорта, который доставлял кристалл, застрявший в моей заднице. Клянусь солнцем, звезды действительно меня ненавидят.

— Задница Шэдоубрука — моя, — прорычал Син. — Иди и найди себе свою задницу. — Планжер разочарованно отошел, а я уставился на Сина.

— Я не гребаный принимающий. Никогда.

— Ну, если верить каждому охраннику в этом месте, ты именно такой, эти слухи уже ходят по спирали. — Син ухмыльнулся, и я ударил его по руке так сильно, что на ней появились синяки. Парень даже не вздрогнул, он просто продолжал улыбаться мне, как будто мы были друзьями. — Спасибо за хорошее времяпрепровождение, сладкие ягодички. — Он подмигнул и ушел, а я остался хмуриться ему в спину. Еще больше я разозлился, когда через несколько секунд наше время в этом месте закончилось, а я даже не успел бросить кости.

Я с яростью направился к выходу вместе со всеми остальными, но, дойдя до двери, мой гнев сменился беспокойством. Охранники обыскивали всех, и когда я подошел к офицеру Никсону, а он начал водить по мне руками, я подумал о двух вещах. Во-первых, что мне следовало выбрать другого охранника, потому что Никсон был извращенцем, а мне и так хватило приставаний за один день. Вторая — что я только что рискнул прибавить к своему тюремному сроку еще несколько лет из-за Розали Оскура. Ради тебя, любимая, я рискну своей репутацией, свободой и кристаллом в заднице. Если это не достойно примирительного секса, то я не знаю, что тогда заслуживает.

Никсон закончил свой слишком тщательный досмотр, затем жестом попросил меня уйти, и я вздохнул с облегчением. Я взглянул на Сина, когда Кейн обыскал его, а затем отпустил, и злобно посмотрел на него.

Я думал, тебя всегда обыскивают с раздеванием, придурок.

Глава 12

Розали

Я сидела в заднем углу Магического Комплекса с выключенными наручниками и силой, бурлящей в моих венах. Теперь, когда наручники были заменены, мне не нужно было экономить силы, чтобы рыть туннели или делать что-то полезное для моих планов побега, поэтому я предавалась творчеству.

Вокруг меня вырос толстый слой мха и травы, усеянной всевозможными красочными полевыми цветами. Вокруг моего маленького оазиса спокойствия вырос такой густой слой деревьев и кустарников, что, если не считать тонкого пятнышка потолка, пробивающегося между листьями на самом верху моего лесного убежища, я действительно могла поверить, что нахожусь снаружи. Достаточно было услышать журчание ручейка, и я оказалась бы в раю, перенеслась бы в крошечную рощицу неподалеку от виноградников моей тетушки Бьянки, где я устроила себе маленькое убежище, чтобы уходить туда, когда мне нужно побыть немного одной.

Я лежала на спине и вдыхала земляной аромат окружающей природы, закрыв глаза и просто купаясь в моменте, пытаясь уйти от реальности.