Боль пронзила мою плоть, и я задался вопросом, какому новому аду я подвергаюсь сейчас, когда Белориан бежит со мной в руках. Может быть, его тело было создано для того, чтобы причинять боль, направляя ее в меня. Может, я умирал? Потому что голова кружилась, и мне казалось, что меня бьют, пинают и…

— Это я, — прохрипел Белориан, и я закричал, задергался еще сильнее, уверенный, что сошел с ума. Один из его ядовитых шипов, должно быть, порезал меня, и теперь я был в тисках смерти и никогда больше не увижу свою прекрасную пару. Оно собиралось унести меня в какой-нибудь темный угол тюрьмы и высосать досуха, как муху в лапах паука.

Чудовище свернуло в коридор и повалило меня на спину, склонившись ко мне лицом, оскалив сотню острых зубов.

— Аргх! — прорычал я, нанося яростный удар по мясистому месту над раскрытой пастью, и, клянусь, он издал звук, похожий на «ай».

Монстр сдвинулся надо мной, и я внезапно оказался под раздвинутыми ногами очень голого и очень самодовольного Сина.

— Эй, приятель! — радостно закричал он, и я вздрогнул, когда он потянул меня на себя и поднял на ноги. Моему разуму потребовалось время, чтобы осознать, что меня больше не собираются съесть, хотя агония в конечностях еще продолжалась.

— Син? — Я неуверенно вздохнул, не понимая, какую херню я только что наблюдал.

— Я превратился в сексуальную фантазию Белориана, чтобы он меня не сожрал. — Он засиял. — Пора идти. — Он поймал меня за руку, протащил через две матовые стеклянные двери, и я понял, что мы снова в библиотеке. — Пойдем, мы не можем опоздать.

— Какого хера ты выпустил эту тварь? — Я яростно рычал, пока он наполовину тащил меня по проходу между стеллажами, который вел к туннелю.

— У нас с Розали был секретный план, — сказал он с ухмылкой.

— Нет, — сорвался я. — Не было никакого плана. Она сказала тебе не выпускать его. — Он просто рассмеялся, как будто я был сумасшедшим, и я попытался сосредоточиться на положительных моментах, пока мы добирались до туннеля. У меня был Син. Он был в порядке. Ебанутый, как орех пекан, но все равно в порядке. И я смогу побить его за это дерьмо позже. А пока надо было спасаться.

Мы вползли в туннель бок о бок и встали, когда проход расширился и раздвоился перед нами. Один путь вел на поверхность, а другой — вниз, на уровень технического обслуживания. Несмотря на адреналин, все еще бурлящий в моих венах из-за того, что я чуть не подумал, что я мертвец, улыбка растянула мои губы. Вот и все. Мы выбирались.

Но стоило мне сделать один шаг в туннель, ведущий к нашей свободе, как из прохода, ведущего вниз, на уровень технического обслуживания, раздался пронзительный крик. Боль снова ударила мое тело, и я рухнул вперед с тошнотворным осознанием. Син не причинил мне вреда в своей Белорианской форме, я все это время чувствовал ее боль. Как я мог быть таким охренительно тупым?

— Мы нужны Розали, — прохрипел я сквозь боль.

Не успел я подумать, как сорвал с себя одежду и побежал в ее сторону с Сином Уайлдером рядом и общим делом, объединяющим нас. Я иду, Розали!

Глава 36

Розали

Отползая от Никсона и его насмешливого взгляда, я хрипела от боли, вызванной, как я была уверена, сломанными ребрами в правом боку, а в голове крутилась отчаянная необходимость придумать какой-нибудь план, но идей не было, и я начала думать, что действительно могу умереть здесь от рук этого гребаного трусливого куска дерьма.

Будь у меня под рукой магия, он бы истек кровью у моих ног, как только все это началось. Но сейчас я чувствовала себя смертной, играющей в войну с богом.

— Если бы тебе пришлось встретиться со мной фейри на фейри, ты бы сейчас захлебнулся собственными кишками, pezzo di merda77, — прорычала я, отползая от него и снова поднимаясь на ноги.

Я была вся в крови и синяках, но не сломлена. На это не было никаких шансов. Мне нужно было уйти от него, сбежать отсюда и никогда не оглядываться назад.

Никсон грустно надулся, шагая за мной.

— Только подумай, как сладко мне будет, когда я буду нежен с тобой, — мурлыкал он. — Подумай о том, как я смогу исцелить тебя, когда ты сделаешь Никси счастливым.

Я снова отступила назад, но он остановил меня с помощью магии воздуха, облизнув губы и задумчиво глядя на меня.

— Может быть, когда мы начнем, ты поймешь, как приятно быть моим другом? — предположил он, и у меня в горле поднялась тошнота, правдивая до звезд.

Моя кожа начала светиться бледным светом луны, когда мои дары Лунного Волка поднялись в моем теле от отчаянной потребности сбежать, и в тот момент, когда рука Никсона попыталась сомкнуться на моей руке, его пальцы прошли прямо сквозь меня, как будто меня и не было вовсе.

Его губы разошлись в шоке и замешательстве, а я торжествующе ухмыльнулась за полсекунды до того, как увидела позади него огромное серое чудовище с шестью ногами и оскаленной пастью, полной острых как бритва зубов, и с моих губ сорвался крик ужаса.