На стене висели плакаты, предупреждающие о каком-то диком человеке-монстре, о котором Кайли постоянно твердила, что он напал на нее однажды ночью несколько недель назад. Я догадалась, что это просто способ привлечь к себе внимание, но он не сработал. Единственные Фейри, которые обращали на нее внимание в эти дни, были другие КООТы. И даже они не проводили с ней по-настоящему много времени. Но всякий раз, когда мне было хоть немного жаль, что она сидит в одиночестве и тоскует по другу, я вспоминала, как она стояла на трибуне в суде, рассказывая всему королевству, что это она поймала нас с Орионом. Я никогда не прощу ей этого. И если из-за этого она проведет остаток времени в Зодиаке в одиночестве, значит, она легко отделалась.

Сет замедлил шаг, когда достиг коридора, ведущего в мою комнату, и подождал, пока студенты вокруг нас разойдутся, а затем устремился по нему. Я соскользнула с его спины, отперла дверь и повернулась, намереваясь пожелать ему спокойной ночи, но он ворвался в мою комнату.

— Чертов волк, — пробормотала я, следуя за ним внутрь, закрыла дверь и плотно заперла ее, после чего вокруг нас образовался заглушающий пузырь.

Сет вернулся в свою форму Фейри, и я передала ему его сумку. Он достал боксеры и натянул их, после чего плюхнулся на мою кровать и устроился поудобнее. Он не всегда оставался здесь, но я должна признать, что сплю лучше, когда он приходит. Поскольку Тори вынуждена притворяться, что ее все еще контролируют тени, то я не могу оставаться с ней, если мы не ночуем в Королевской Лощине. А без компании мне едва удавалось поспать пару часов. Поэтому, как бы странно это ни было, я не собираюсь заставлять его уходить.

Я сняла обувь, взяла резинку с тумбочки и собрала волосы в хвост, а затем опустилась рядом с ним на кровать.

— Разве ты не скучаешь по своей стае, когда остаешься здесь? — спросила я, доставая из-под подушки учебник по астрологии и подпирая им колени.

Профессор Зенит хотела, чтобы мы все изучили Седьмой дом для викторины, которую она проведет завтра. Мы изучали его всю неделю, и поскольку им управляли Весы и Венера (знак звезды Ориона и чертова планета любви), я постоянно вспоминала о нем. Другое название Седьмого дома — Дом партнерства, так что это было еще одно совпадение, в котором я сейчас не нуждалась.

— Не совсем, — сказал он с виноватым видом, перекатившись ко мне и положив голову на мою руку. — Хочешь знать то, что я рассказывал только Наследникам?

— Как всегда. — Я отложила книгу и с любопытством посмотрела на него.

Он посмотрел на меня с косой ухмылкой.

— Они — моя настоящая стая. Те, на кого я рассчитываю больше, чем на кого-либо еще. Те, кого я поддерживаю больше всех среди моих Волков. Я знаю, что это хреново, и я действительно люблю свою стаю. Но они не семья. Наследники — да. И ты теперь тоже. И твоя сестра тоже… хотя я не думаю, что я ей так уж и нравлюсь.

— Ты постоянно приносишь ей снеки, а потом воруешь их обратно.

— Это игра, в которой мы оба принимаем участие, — защищаясь, сказал он. — Когда я был на луне, другие Фейри прятали все лучшие лакомства, чтобы я их вынюхивал и крал. Им это нравилось.

— Звучит так, будто ты просто крал их еду.

— Поверь мне. Им это нравилось. Тори тоже, — настаивал он.

— Нет. Тори как медведь, когда дело касается еды. Она не часто делится, и ей определенно не нравится, когда у нее крадут еду, — сказала я, а он только насмехался.

— Ей это нравится, — настаивал он, хотя я точно знаю, что он ошибается. — Но кроме этого, она все еще не хочет обниматься со мной, так что должно быть что-то еще сдерживает ее.

— Ну, в тот раз ты на нее помочился, — заметила я. — Люди не могут просто так забыть, когда на них писают.

— Да…, - сказал он, из него вырвался тихий волчий скулеж, и я сжалилась над ним, продолжая.

— Она больше не ненавидит тебя. Ей просто нужно узнать тебя получше, — добавила я, и он негромко захихикал.

— Может быть, мне нужно поработать над этим, — ответил он, отпихивая в сторону мою книгу по астрологии, получше прижимаясь ко мне и зевая, как усталый щенок.

У меня никогда не было домашней собаки, но я представила, что всё обстоит примерно так же. Что было совершенно странно, но что-то в его лежании на мне или в том, как он ведет себя с Наследниками, кажется естественным. Это был образ жизни его вида, и у него такая успокаивающая аура, когда он не засранец. Что в наши дни случается довольно часто. По крайней мере, для тех, кто входит в его ближний круг. Я никогда не думала, что в парне, которого я когда-то ненавидела всем сердцем, может быть столько хорошего.

— Так мы когда-нибудь поговорим о том, что произошло между тобой и Орионом в той гробнице? — спросил он неожиданно, и мое сердце заколотилось.

— Что? — пролепетала я, пылая от жара. — Ничего не было. — Отлично, прозвучало очень убедительно.

— Пфф, ты вышла оттуда с виноватым и растерянным видом. Я знаю, что что-то случилось, — настаивал он. — Я просто предполагал, что в конце концов ты об этом заговоришь, но, видимо, ты все еще не доверяешь мне.

Я застонала, потирая глаза.