Хэдли невесело усмехнулся, прижимая ее ближе, когда он вытащил свои клыки из ее горла, затем опустил рот к ее груди и снова начал питаться. Она вцепилась в его волосы, пока он прижимал ее к стене, а когда закончил, опустился на колени, закинул ее ногу себе на плечо и вогнал клыки ей в бедро. Я не знал, что делать в этот момент, и просто сидел, надеясь, что Хэдли не решит обратить внимание и уловить биение моего сердца, но я решил, что тот факт, что он сейчас на седьмом небе, означает, что он был слишком отвлечен, чтобы заметить меня.

— Черт возьми, Хэдли, — прорычала Афина, откинув голову к стене. Для девушки, которая ненавидит, когда ею кормятся так называемые паразиты, она, черт возьми, похоже, получает удовольствие.

Хэдли наконец встал, вытирая полоску крови из уголка рта и посасывая пальцы. Он встал перед ее лицом, и она вызывающе подняла подбородок, скрывая блаженство на своем лице, которое я видел несколько секунд назад.

— Ты закончил? — ледяным тоном спросила она, и он покачал головой, сверяясь с часами.

— Ты моя еще целую минуту.

Боже, мне действительно нужно уйти.

— Ты на вкус как летний день, — задыхаясь, сказал он.

— Ну, я представляю, что ты на вкус как мертвая зима, — сказала она, пожав плечами.

— Хочешь узнать? — пробормотал он, затем опустил голову, чтобы заглянуть ей в глаза, прижав руки по обе стороны от нее к стене, как в клетке. — Ты можешь попробовать меня на вкус, если хочешь, Афина. Я никому не скажу.

— Я в порядке, — легкомысленно сказала она. — И у тебя осталось около десяти секунд, прежде чем ты станешь моей маленькой сучкой, так что ты закончил быть пиявкой?

Он зарычал, затем сделал выпад вперед и взял ее нижнюю губу между зубов, пустив кровь и заставив ее вздрогнуть. Она сглотнула, когда он отпустил ее губу, их рты сцепились, и его тело прижалось к ее. Их глаза были закрыты, и на мгновение я увидел намек на что-то большее в глазах Афины, когда она взглянула на него.

— Время вышло, — сказала она с победной улыбкой.

— Это того стоит, — тяжело произнес он.

— Отнеси меня обратно на вечеринку, маленькая сучка, — приказала она с ухмылкой, и он закатил глаза, после чего поднял на руки и пулей вылетел за дверь.

Мой стояк официально умер, поэтому я поднялся на ноги, подождал несколько секунд, а затем пошел следом, планируя оставить увиденное при себе. Я не стукач, и мне не нравится драма.

Мой взгляд снова упал на Софию, танцующую с Тайлером рядом с Дарси, Джеральдиной и Наследниками в масках. Мой брат поймал мой взгляд, дернув головой, приглашая меня, и я усмехнулся, переходя на бег.

— Красивые волосы, — поддразнил я, глядя на длинные золотистые локоны, свисающие вокруг его плеч.

— Классная помада, — бросил он в ответ, и я быстро вытер рот, яростно заскулив.

— Присоединяйся к нам, Ксавьер! — позвала Дарси, и я понял, что Джеральдина учит ее, Сета, Калеба и Макса какому-то безумному танцу, включающему множество странных движений руками.

— Это Крокенберри Джайв, — объявила Джеральдина, словно таким образом собиралась завлечь меня. По правде говоря, так и получилось.

София оторвалась от Тайлера, чтобы тоже научиться ему, и я с ухмылкой присоединился к ним, копируя движения рук Джеральдины, которые она делала, крутя бедрами.

Дариус пил свое пиво, качая головой, но в уголках его рта прятался призрак ухмылки.

Бедро Софии ударилось о мое, и я ухмыльнулся, глядя на нее.

— Ты уверен, что можешь идти в ногу, Ксавьер? — спросила она, ее глаза блестели от веселья.

— Да, маленькая кобылка, — поддразнил я. — Я могу идти в ногу. — И не только с этим танцем, но и с Тайлером. Скоро я буду управлять нашим табуном, а он будет кланяться мне и моей девочке рядом. И как только я завоюю ее, то никогда ее не отпущу.

Макс

— Вот так! — воскликнул Вошер, пробираясь через воду в лагуне Аква, чтобы посмотреть, что мы делаем. — Но если ты наклонишься в движении и подтолкнешь бедра, то получишь лучший толчок для броска.

Дариус вскинул бровь, когда Уошер подошел и встал рядом с нами, согнувшись пополам в талии так, что его голова почти погрузилась в воду, а затем выпрямился и подался бедрами вперед. Выпуклость в его плавках была выставлена вперед, когда он раскинул руки в стороны и произнес заклинание. Дрожь отвращения пробежала по моему позвоночнику, и я полностью дал ему прочувствовать его с помощью даров Сирены. Всплеск движения прокатился под волнами, и четыре прекрасно вылепленные лошади вскочили на поверхность, полностью состоящие из воды, и галопом понеслись прочь от нас.