Существует причина, по которой большинство Фейри кремируют после смерти. Наша магия остаётся в наших костях, и для расхитителей могил очень соблазнительно прийти и украсть кости, дабы использовать их в тёмной магии. Отсюда и безумная охрана вокруг этого места. Конечно, логичнее было бы просто кремировать всех Фейри, но такие могущественные засранцы, как моя семья, всегда любили делать что-то сложное, доказывая, что они могут.

Я снова ринулся в бой с решительным рычанием, когда группа нежити продолжала двигаться по тропинке, похоже, точно зная, куда они направляются, и мчались за Дарси и Орионом, оставив остальную часть нашей группы позади сражаться с остальными.

Но я не собирался позволять им догнать их. Им нужно забрать звезду, и моя задача была ясна. Этих существ необходимо остановить.

Я убрал в ножны один из своих клинков и направил землю под их ногами под свой контроль, дико раскачивая ее и посылая их всех в полет, когда я бросился к ним.

Мой клинок нашел пристанище в сердцах трех из них еще до того, как они поняли, что я здесь, затем еще один дикий взрыв магии воздуха врезался в меня, снова отбросив меня в сторону.

Я сильно ударился о землю, кувыркаясь вниз по склону, затем снова вскочил на ноги и бросился к мертвецам.

Передо мной расцвела стена огня, и я нырнул за высокий надгробный камень, чтобы укрыться, а затем поднял руку и стал бороться за контроль над стихией.

Огонь был диким и метался без всякой цели, только мешая мне, и мне удалось быстро взять его под контроль, подчинив его своей воле и разжигая пламя, которое закружилось вокруг меня в горящем вихре.

Я раздувал пламя все выше и выше, а затем пустил его по тропе, пронзая трупы и повергая их на землю, а затем снова бросился к ним и вонзил свои клинки в их сердца один за другим.

Как только все они были выведены из строя, я крутанулся на месте и бросился обратно к остальным, и тут воздух прорезал болезненный вой, побудивший меня двигаться еще быстрее.

Я обнаружил Сета, прижавшегося спиной к внушительному каменному мавзолею и сражающегося как сумасшедший с по меньшей мере двадцатью созданиями нежити, которые объединились, пытаясь покончить с ним. Они были слишком близко к нему, и я не мог запустить в них огнем, поэтому вместо этого я использовал землю, вырывая грязь из-под их ног и заставляя некоторых из них пасть на колени.

Сет воспользовался открывшейся возможностью и вонзил когти в груди нескольких из них, окончательно выводя их из строя, но это дало троим из них возможность вскочить ему на спину.

Я выругался, когда Сет завыл от боли, брыкаясь и дергаясь, пытаясь сбросить их, а они впились зубами в его тело.

Я рванулся вперед, быстро вогнав свой клинок в три трупа, прежде чем огромный взрыв огненной магии прорвался сквозь всех нас от одного из них и сбил меня с ног.

Я вскинул руки вверх, контролируя стихию своей силой и не давая ей приблизиться ко мне, но я потерял Сета из виду, и когда он завыл в агонии, мое сердце едва не вырвалось из груди.

Я издал яростный рев и бросил всю свою силу на то, чтобы заставить пламя подчиниться мне, отыскивая среди трупов очертания тела Сета и отводя от него огонь так быстро, как только мог. Затем я заставил огонь гореть все жарче и жарче, используя его, чтобы прорваться сквозь все скелеты вокруг нас, жар пламени был почти невыносим, когда оно давило на меня. Но я не останавливался, поднимая их все выше и выше, когда ярость, прорывающаяся сквозь мою плоть, была настолько сильной, что лишила меня всех мыслей и сосредоточенности. И единственным желанием, оставшимся у меня, было защитить Сета от любого вреда, который может быть направлен в его сторону.

Пламя пылало белым жаром и яростно пожирало трупы, и я почти выдохся к тому времени, как вырвался из пламени.

Сет снова обрел форму Фейри и лежал в кольце зеленой травы, окруженный обугленной и почерневшей сажей во всех направлениях, насколько я мог видеть и в мгновение ока оказался рядом с ним.

Я опустился рядом с ним, с ужасом глядя на обожженную и покрытую волдырями кожу его тела, когда он издал болезненный стон, и взял его руку в свою.

Моя магия соединилась с его, так же легко, как дыхание, сила торнадо ворвалась в мои вены, и тяжелый вес его магии земли слился с моей, словно они были одним целым, и им всегда было суждено соединиться таким образом.

Целительная магия хлынула из моего тела в его, и он застонал, когда я вливал ее все быстрее и быстрее, побуждая каждый ожог и волдырь зажить как можно быстрее, пока он сжимал мои пальцы смертельной хваткой.

Как только он исцелился, я отпустил его руку, взял его лицо в ладони и поцеловал в лоб, а затем притянул его к себе.

— Черт возьми, Сет, никогда больше так со мной не поступай, — прорычал я, когда мое сердце выбилось из ритма, и мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы выкинуть из головы образ его обгоревшего тела.