— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Как твоя сестра? — спросил Данте.

Это заставило Филиппа замереть на месте.

— Или, что еще важнее, как ее муж? — Данте хмыкнул. — На самом деле это даже забавно. Тебе бы все сошло с рук, но я решил показать тебе, где именно ты ошибся.

Он поднял фотографию, скомкал ее и швырнул через всю комнату.

Она попала Филиппу прямо в грудь, и он совсем не выглядел счастливым от этого.

Данте хмыкнул.

— Не волнуйся, я нарисовал небольшую схему.

На картинке были изображены Данте и Констанс вместе, но Филипп был настолько увлечен шантажом, что не обратил внимания на зеркало, в котором отражался он сам. Он обвел изображение и увеличил его, и только так Данте понял, что все это подстроено.

Все точки над i расставила Констанс, которая все подтвердила. Пеши разрешил ему позаботиться о нем.

Филипп вытащил пистолет.

— Мой отец не согласится на это. Он знает, на что я способен.

Данте улыбнулся.

— Пеши сказал, что твоя семья будет под защитой. Твоя жена, твой сын и две дочери будут в безопасности. Если твой сын проявит хоть малейшие признаки того, что пойдет по твоим стопам, о нем тоже позаботятся. Что же касается тебя то, похоже, Пеши ждал подходящего момента, чтобы расправиться с тобой.

— Где мой сын? — спросил Филипп.

— Думаю, он проводит время с твоим отцом.

Данте заметил, как дрогнул его глаз. — Это печальная новость для тебя, Филипп? Твой собственный отец предпочел бы провести время с твоим сыном, а не с тобой.

Филипп поднял пистолет, но Данте уже прицелился и выстрелил в колено. Следующий выстрел пронзил его руку, так что он не сможет воспользоваться пистолетом. Он поднялся на ноги, обогнул стол и уселся на его край.

К его удивлению, после того как крики стихли, Филипп начал смеяться.

— Скажи мне, как ты их достал? Я держал их под замком.

Данте посмотрел в глаза Филиппу и улыбнулся.

— Ария достала их для меня.

— Нет, — сказал Филипп. — Она бы не стала.

— Она хотела освободиться от тебя, и единственный способ сделать это — найти улики, которые у тебя были на меня.

— И ты собираешься убить меня. Ария любит своего отца.

На этот раз Данте рассмеялся.

— Нет, Ария ненавидит своего отца. Но не волнуйся, Филипп, я люблю твою дочь, и пока ты будешь гнить в аду, я позабочусь о ней.

Он выстрелил Филиппу прямо между глаз.

Дело было сделано. Он направился к Пеши, который вышел из тени.

— Дело сделано, — сказал Пеши.

Данте посмотрел на Босса. Учитывая возраст этого человека, он выглядел… бодрым.

— Да, все готово, — сказал Данте.

Пеши сказал ему, что он может позаботиться о Филиппе, но при одном условии — он должен быть рядом, чтобы увидеть, как это произойдет.

— Могу я задать вопрос? — спросил Данте.

— Можешь. Я могу не дать тебе ответа.

— Почему ты не позаботился о Филиппе раньше? Если он доставлял тебе немало проблем.

Одержимость Филиппа шантажом и манипуляциями стала доставлять семье множество проблем. Первой из них стал муж Констанс. Его семья была не в восторге от информации о том, что это был вражеский огонь, и, поскольку возмездия не последовало, это вызвало множество волнений, а шепот о войне распространился далеко и надолго.

Мужчины и женщины, погибшие по вине Филиппа, разгребали последствия. Филипп давно перестал быть союзником, а превратился в проблему, которую нужно было решать.

Данте понимал это.

— Когда у тебя однажды появится собственный ребенок, ты поймешь, как тяжело принимать сложные решения. Не всегда легко сделать то, что должно быть сделано.

Ребенок.

Он не мог не думать о своей жене, вернувшейся домой.

За последнюю неделю он оставил ее одну, чтобы разобраться с этим. После того как он организовал встречу с Пеши, она тоже не была быстрой. Мужчина был постоянно занят семейными делами и тому подобным.

После того как Данте принес ему нужные доказательства, Пеши пришел в ярость. Он узнал, что его собственный сын шантажировал и использовал его дочь как шлюху. Пеши хотел убить его, но Данте получил эту привилегию.

Пеши решил разобраться с семьей Филиппа, а Данте теперь нужно было ехать домой, чтобы разобраться с женой.

* * *

Ария привыкла не видеть Данте неделями. По крайней мере, раньше она к этому привыкла. Она не видела его последнюю неделю, и не было никаких упоминаний о разводе или каких-либо признаков его присутствия.

Склонившись над унитазом в ванной, она в четвертый раз за неделю блевала. Закрыв крышку, она спустила воду в унитазе и рухнула на пол. На лбу выступили капельки пота, но она знала, почему это происходит.

Утренняя тошнота.