В глаза бросился тёмный оконный проём на углу здания. Это была узкая длинная форточка в женский или мужской туалет, точно не пойму, куда именно. Но она открыта, и, быть может, я смогу через неё забраться. Почему бы нет?

Первый этаж был низким: я встала на бордюр и ухватилась за края оконной рамы. Теперь нужно было только подтянуться. Я кое-как сделала это, упершись в стену подошвами кроссовок и цепляясь за окно. Ещё немного! Я никогда не была рохлей-задохликом, так что мышцы быстро вспомнили, что нужно делать. Я перевалилась через край окошка, сбросила на кафель рюкзак, а следом спрыгнула сама.

Это был женский туалет, по счастью. Вдобавок до звонка оставалось не так уж много времени. Что ж, просто пойду на следующий урок как ни в чём не бывало, а с пропущенными двумя что-нибудь придумаю. Я подошла к раковине и хорошенько вымыла руки, а после расчесала волосы мокрой ладонью у зеркала. Кожа у меня всегда была смуглой, но теперь выглядела восковой. Стив здорово меня напугал. Я сбрызнула щёки водой и, закинув на плечо лямку рюкзака, хотела выйти в коридор, но остановилась у самой двери.

– Вы ничего не напутали? – спросил женский голос, уже немолодой. Я его узнала, это была наша завуч, миссис ЛеМар, женщина старой закалки, очень строгая. Если узнает, что я прогуливаю, устроит мне неприятности.

– А вы полагаете, мог бы? – нервно откликнулся ещё один. Я безошибочно узнала в нём директора Деверо. – Только что мне поступил звонок из полиции. Мистера Пайнса нашли у него дома мёртвым…

– О господи.

– Трупу уже несколько дней. Вы представляете, как там смердело? – Он помолчал и мрачно добавил: – Помощник шерифа призывает к молчанию. Я понимаю почему. Но не могу проигнорировать это происшествие.

– У мистера Пайнса, верно, есть семья, – растерялся кто-то ещё. Я едва узнала голос учительницы английского языка, мисс Блайт.

– Нет, он одинок. Похоронил мать в прошлом году. – Директор вновь помедлил. – Всему преподавательскому составу указано пока сообщать ученикам, что мистер Пайнс срочно уехал из города. У полиции есть все основания не поднимать шумиху.

– Какие же?

– В Скарборо действительно может орудовать убийца, но эту информацию шериф намерен удержать в тайне как можно дольше.

– Какая тайна, всё более чем очевидно…

Вдруг ближе к двери послышались шаги. Я бросилась к кабинкам, но было поздно. В туалет, громыхнув уборочной тележкой, вошёл Виктор Крейн. Я замерла у кабинок, подняв руку над дверью, чтоб толкнуть её, а он остановился на пороге. Прошло долгих две или три секунды. Вот сейчас он меня и заставит выйти. Тогда все поймут, что я подслушивала. Но он запер туалет, с невозмутимым лицом включил на полную мощность вентиль крана и подошёл ко мне. На руках его были жёлтые резиновые перчатки, сам он одет в тёмно-синюю рубашку и брюки – в униформу уборщика. На ногах – рыжие ботинки. Он оттащил меня за кабинки, а я не смела и слова сказать, чтоб нас не услышали. Прижав палец к губам, Вик предупредительно посмотрел на меня, и я кивнула. Тогда он очень тихо шепнул:

– П-подслушивать нехорошо, Лесли.

– Покрывать ученицу, прогуливающую уроки, – тоже так себе занятие, – шепнула я в ответ и густо покраснела. – Что? Ну что ты так на меня смотришь?

– Ищу в тебе п-признаки совести, – серьёзно сказал он. – Но найти не могу.

Я цокнула языком и сложила на груди руки, прижавшись к серой стене кабинки. Вик оценивающе взглянул на форточку.

– Ты влезла через неё?

– Так сказал, будто в этом сомневался! Но нет, делать мне больше нечего, кроме как лазать в окна.

– Вот как. – Он сощурился и поднял вверх указательный палец. – Слышишь, всё стихло? К-кажется, они ушли.

Действительно, стояла тишина. Я тревожно поправила на плече лямку рюкзака.

– Тогда воспользуюсь случаем. Мне пора на урок.

– Не надо врать, – поморщился Вик. – П-почему ты прогуливаешь?

Ах, ну какой проницательный.

– Кто сказал, что я прогуливаю? – с вызовом спросила я. – Будто ты за мной следил.

– Допустим, не следил, – спокойно ответил Вик. – Но в школе утром не видел, а п-прошло уже два урока.

– Это называется «не следил»?

Он скептически скривился и добавил:

– К тому же у тебя ноги в земле. Значит, ты б-была на улице, когда шёл дождь. А в это время д-должна была сидеть на занятиях.

– Ого, – я расширила глаза, – с такой наблюдательностью тебе бы надо идти в полицию, офицер Крейн!

– Вольно, рядовая Клайд, – усмехнулся он. – С меня этого добра хватило в армии. Так, н-не уходи от темы. Почему ты прогуляла?

Врать ему не хотелось, изворачиваться и выдумывать – тоже. Я опустила взгляд и покачала головой.

– Долгая история. Я могу её рассказать в следующий раз?

– Т-ты можешь не рассказывать вовсе, – серьёзно сказал он. – О’кей, Лесли. До звонка всего пять минут, т-так что лучше останься здесь, а потом смешайся с толпой.

– Спасибо, – с облегчением выдохнула я и прислонилась спиной к стене.