– В тот день, когда Рован увидел на рынке Лирию, я легко потянула за нужную ниточку. Я толкнула его на другой путь, пробудила желания, до сих пор дремавшие в нем. Словом, слегка изменила его судьбу.

– Боги милосердные, – выдохнул Фенрис.

– Твой парный послушно двинулся по этой дорожке. Я позволила ему влюбиться в эту цветочницу и зачать с ней ребенка. А затем я его сломала. Никто даже не задался вопросом, как это вражеским силам удалось добраться до его дома в горах.

Аэлина тихо плакала. Ноги совсем не держали ее. Она не падала только благодаря невидимым рукам.

– Рован безропотно принес мне клятву на крови. Думаю, тогда это казалось ему спасением. Мне же оставалось терпеливо ждать, пока ты не родишься и не вырастешь… Тогда я сделаю так, что ваши пути пересекутся. Вы полюбите друг друга едва ли не с первого взгляда, и ты окажешься у меня в кулаке. Ты дашь мне все, о чем бы я ни попросила. Даже Ключи. Ради своего парного ты будешь готова на что угодно. И в Доранелле ты почти это сделала.

Аэлину шатало из стороны в сторону. Элида даже сжалась, представляя, какую боль испытывает сейчас Аэлина. Но террасенская королева вскинула голову, оскалила зубы и прорычала фэйской королеве:

– Я тебя убью!

– Знакомые слова. Их ты сказала Ровану, когда вы встретились. Припоминаешь? – Маэва не переставала улыбаться. – Сколько сил я потратила, уговаривая твою мать привезти тебя на Вендалин, чтобы Рован почувствовал свою истинную пару. Увы, Эвалина отказывалась. Не упрямься она тогда, была бы жива и по сей день… Все последующие десять лет я исподволь следила за тобой. Знала, что ты жива, знала, где находишься. Но когда ты оказалась в моих пределах… когда вы с Рованом смотрели друг на друга с нескрываемой ненавистью… Должна признаться, такого я не предвидела. Получалось, я настолько сломала Рована Боярышника, что он не узнал, кто перед ним. И ты была настолько поломана своими бедами, что тоже не откликнулась на него. Потом появились знаки. Узы карранам развеяли все его сомнения. Рован понял: ты – его истинная пара. А вот ты это поняла не сразу. Любопытно знать, давно ли?

Аэлина молчала. Ее глаза были переполнены гневом, горем и отчаянием.

– Перестань ее мучить, – прошептала Элида.

Лоркан что есть силы сжал ей запястье.

– Аэлина, не надо упрямиться, – почти ласково сказала Маэва. – Неужели ты не можешь ответить на такой простой вопрос?

– В храме Темизии, – призналась Аэлина, оглянувшись на Манону. – Когда стрела пробила ему плечо. Несколько месяцев назад.

– И ты, конечно же, не поделилась с ним своим открытием. Хотела уберечь его от угрызений совести по поводу Лирии и от душевных потрясений…

Маэва снова цокнула языком:

– Маленькая благородная врунья.

В глазах Аэлины появилась отрешенность.

– По моим замыслам он тоже должен был оказаться здесь, – сказала Маэва, хмуро поглядывая на горизонт. – Ты думала, что тогда, в Доранелле, я испугалась твоей силы и отпустила Рована вместе с тобой. Нет, я это сделала все с той же целью – чтобы ты снова привела меня к Ключам. Ты даже не подозревала, что я временно спустила тебя с поводка. Но если Рован не соизволил появиться… обойдемся без него.

Аэлина оцепенела. Фенрис угрожающе зарычал.

– Если тебя это утешит, могу сказать: с принцем Рованом ты прожила бы тысячу лет. Даже больше.

Элиде показалось, что окружающий мир стал каким-то медленным. Кровь бешено стучала у нее в висках.

– В тебе проявилась наследственность моей сестры Мэбы. Полная сила, способность менять обличье, фэйское бессмертие. До твоего Преображения осталось около пяти лет.

У Аэлины перекосилось лицо. Она исчерпала не только магическую и телесную силу. Ее сила духа тоже была исчерпана.

– Возможно, мы вместе отпразднуем твое Преображение, – продолжала Маэва. – Я не допущу, чтобы ты принесла свою блистательную жизнь в жертву этому Замку. И чтобы по-глупому распорядилась Ключами, когда на самом деле они дают неслыханную силу. Тебе ли этого не знать?

– Маэва, умоляю… – прошептал Фенрис.

Маэва даже не взглянула на него. Она рассматривала свои безупречно красивые ногти.

– А знаешь, чтó самое удивительное во всем этом? Мне ведь даже не требовалось, чтобы ты была истинной парой Рована. И я могла бы не ломать его. Я просто сделала увлекательный опыт, проверяя возможности своей силы. Но поскольку меня и сейчас обуревают сомнения по поводу твоего добровольного согласия отправиться со мной… Да, Аэлина, ты либо из последних сил попытаешься меня убить, либо сама умрешь возле моих ног. Меня не устраивает ни то ни другое, и потому я дам тебе выбор.

Аэлина замерла, Маэва подняла руку и позвала:

– Кэрн, иди сюда.