В это время на улицах было достаточно людно. Рыбаки, вернувшиеся с лова, привязывали лодки. Торговцы зазывали покупателей. Вид у Лоркана был настолько устрашающий, что ему за полцены продали ящик яблок, приличный кусок вяленой оленины и несколько мешочков круп. Желая поскорее спровадить опасного покупателя, торговец на обветшалой набережной даже прибавил несколько груш, сказав, что это подарок для прекрасной спутницы Лоркана.

Лоркан уже подходил к барке, когда вдруг вспомнил слова торговца, и они показались ему более чем подозрительными.

В эту часть города он пришел один. Торговца Лоркан видел впервые. Когда они причалили и сошли на берег, тот не крутился поблизости. Слухи, конечно, распространяются быстро, но в прибрежных городках всегда полно незнакомцев. Хозяева таверн и постоялых дворов живут за счет того, что лишних вопросов не задают и языком о своих постояльцах не треплют.

Лоркан поспешил на барку. На город и противоположный берег надвигался туман. Лоркан торопливо бросил припасы в каюте и поспешил обратно на причал. К этому времени улицы опустели.

Магия Лоркана беспокойно зашевелилась. Он вглядывался в туман. В домах зажигали свечи и лампы, отчего в темно-серой мгле засверкали золотистые островки.

«Дело неладно, дело неладно, дело неладно», – шептал Лоркану голос его магии.

Помнится, хозяйка постоялого двора говорила, что одежные лавки совсем рядом. Значит, Элида к этому времени должна уже вернуться. Никогда еще Лоркану так не хотелось увидеть ее лицо.

Туман густел. Лоркан прибавил шагу. Подошвы его сапог громко скрипели на влажных камнях мостовой.

Мимо него к реке опрометью неслись крысы, плюхались в воду и, цепляясь друг за друга, куда-то уплывали.

На город что-то надвигалось… Нет, оно было уже здесь.

Хозяйка постоялого двора была настолько любезна, что сама повела Элиду по лавкам, а когда Элида подобрала себе одежду, посоветовала не торопиться платить. Сначала надо примерить. В лавках примерочных не было. Тогда хозяйка сказала, что они сейчас вернутся на постоялый двор, где у нее есть свободная комната.

Взяв ворох одежды, Элида пошла по узкому коридору. Встречные мужчины откровенно глазели на нее. А Лоркан, конечно же, бросил ее здесь одну и отправился по своим делам. Элида толкнула указанную дверь. Внутри было темно и холодно. Она повернулась, рассчитывая найти свечу и огниво.

И вдруг дверь захлопнулась. Элида стала дергать ручку.

«Беги отсюда! – нашептывал ей голосок. – Беги! Беги!»

Она ударилась обо что-то костлявое, мускулистое и крылатое.

В другом конце комнаты зажглась свеча, высветив стол, очаг, полный золы, закрытые ставнями окна и… Варнона.

Он сидел за столом, улыбаясь, как кот, наконец-то поймавший беглянку-мышь.

Сильные руки сдавили ей плечи, острые ногти, проткнув кожаные доспехи, впились в тело. Илк держал ее мертвой хваткой.

– У тебя, Элида, вышло замечательное путешествие, – произнес дядя, по привычке растягивая слова.

– Как ты меня нашел? – спросила оторопевшая Элида.

От зловония илка ее чуть не стошнило.

Варнон встал. Движения его, как и речь, были неторопливыми.

– Задаешь вопросы, чтобы выиграть время? – спросил он, расправляя зеленый камзол. – Умный ход, но вполне ожидаемый.

Варнон кивнул илку. Тот издал отвратительный клацающий звук.

Дверь открылась. На пороге стояли еще двое илков. Крылатых, с жуткими лицами. Боги, боги милосердные.

«Думай, – требовал голосок. – Думай. Не сдавайся».

– Что же касается твоего спутника… Как мы слышали, он загрузил барку припасами и отвязывал веревку, собираясь покинуть эти места. Тебе стоило бы побольше ему платить.

– Он – мой муж, – прошипела Элида. – Ни у кого из вас нет права разлучать меня с мужем.

Замужество Элиды означало конец опеки Варнона над нею.

Дядя негромко рассмеялся.

– Значит, Лоркан Сальватир, правая рука Маэвы, – твой муж? Ты меня удивляешь, Элида.

Он лениво махнул илкам:

– Мы немедленно отбываем отсюда.

Сражаться с ними. Сопротивляться им, пока они ее не захватили и не уволокли в Морат.

Но куда бежать? Любезная хозяйка продала ее, или же кто-то высмотрел их на реке и предал.

Илк дернул ее за руку. Элида уперлась в половицы, понимая, что это ей почти не поможет.

– А твоя кровь чисто пахнет, – шепнул ей на ухо илк.

Элида отпрянула, но илк схватил ее за руку. Его сероватый язык лизнул ее шею. Элида извивалась всем телом, однако илк уже тащил ее в коридор, где ждали двое его сородичей. С другой стороны коридор оканчивался задней дверью, предусмотрительно открытой в вечернюю темноту.

– Теперь понимаешь, Элида, от чего я оберегал тебя в Морате? – вкрадчиво спросил Варнон, идя следом.

Элида упиралась на каждом шагу, пыталась прислониться к стене, искала любой способ, чтобы помешать илкам умыкнуть ее отсюда.

«Нет! Нет! Нет!»

Лоркан ее бросил. Узнал все, что ему требовалось, и уплыл. Она ему только мешала, притягивая к себе врагов.

– Ума не приложу, чтó ты будешь делать в Морате, – рассуждал вслух Варнон. – Особенно теперь, когда Манона Черноклювая мертва.