Потом человек замолчал. Опустив на пол подсвечник, Селена поползла к двери. Тяжелая дубовая дверь была открыта настежь. В ржавом замке торчал такой же ржавый ключ. Внутри комнатки, перед черным прямоугольником, густая чернота которого, казалось, вот-вот набросится и поглотит все вокруг, на коленях стоял Кэйн.

Кэйн.

Это он с каждым днем, с каждым испытанием становился все сильнее и искуснее. Прежде Селена относила его успехи на счет усердных упражнений… Нет, Кэйн избрал более легкий и зловещий путь. С помощью «знаков судьбы» он призывал кровожадное чудовище и в обмен на кровь и плоть жертв получал их силу.

Кэйн устало провел руками по полу. Его правая рука двигалась вдоль границы темноты, и темнота втягивала зеленоватый свет, струящийся из пальцев. Левая рука была вся в крови.

Селена замерла. Она боялась, что звук дыхания выдаст ее присутствие. Из темноты донеслись скребущие звуки. Чьи-то когти царапали камень. Затем послышалось шипение, похожее на шипение пламени, заливаемого водой. Наконец перед коленопреклоненным Кэйном появился риддерак.

Это не было кошмарным сном или легендой эпохи богов древности. Это была кошмарная явь. Бесформенная голова, совершенно безволосая, обтянутая серой кожей, и громадная, широко раскрытая пасть, усеянная острыми черными зубами.

Зубами, разорвавшими в клочья и пожравшими внутренности Верина и Ксавьера. Человеческие мозги, наверное, считались у риддерака лакомством. Исчадие, точнее не скажешь. Будь его облик целиком звериным, он вызывал бы меньший страх. Но тело риддерака скорее напоминало человеческое, нежели звериное. У него были довольно короткие ноги и слишком длинные руки. Явившись из тьмы, риддерак присел на корточки, вонзив когти рук в камень. Кэйн поднял голову и медленно встал. Риддерак опустился на колени и вперил в пол черные глаза. Чудовище повиновалось Кэйну.

Селена только сейчас почувствовала, что вся дрожит. Она осторожно попятилась. Только бы скорее покинуть это страшное место и бежать, опрометью бежать к себе в спальню. Ей вспомнились слова Элианы. Да, риддерак был воплощением первозданного зла. Он был создан из зла и не знал иного, как только творить зло. Амулет на шее Селены вздрагивал, как живой. Казалось, и он требовал: «Беги!» Во рту у нее пересохло, в висках стучала кровь. Шаг назад. Еще шаг.

В это время Кэйн резко обернулся и увидел ее. Риддерак вскинул голову, раздув щели ноздрей. Селена застыла, а еще через мгновение сильный порыв ветра ударил ей в спину, втолкнув обратно.

Все внимание Селены было приковано к тяжело дышащему, мокрому от пота риддераку.

— Вообще-то сегодня я собирался угостить его не тобой, — усмехнулся Кэйн. — Но грех не воспользоваться подвернувшейся возможностью.

— Кэйн, — только и могла прошептать Селена.

Глаза риддерака… она никогда не видела ничего подобного. Даже в кошмарных снах. В этих глазах отражался голод. Неутолимый, насчитывающий сотни лет. Риддерак явился сюда из иного мира. Из мира тьмы и голода. Выходит, «знаки судьбы» сохраняли свою силу, и Врата Вэрда не были поэтической метафорой. Селена достала самодельный нож. Жалкое оружие, которым не каждого человека убьешь. А тут — риддерак.

Кэйн одним прыжком очутился у Селены за спиной, успев выхватить у нее нож. Ни один человек, даже самый быстрый и проворный, не мог бы двигаться со скоростью ветра или тени.

— Сочувствую, — прошептал он, убирая ее оружие в карман.

Селена глядела то на него, то на риддерака, не в силах поверить, что все это происходит наяву.

— Может, мне стоило бы остаться и посмотреть, как он тобой закусит, — усмехнулся Кэйн, берясь за ручку двери. — Но пойду, не буду вам мешать. Прощай, Селена.

Он шумно захлопнул дверь.

На полу зеленовато мерцали «знаки судьбы», которые Кэйн нарисовал собственной кровью. Их света хватало, чтобы видеть голодные, беспощадные глаза риддерака.

— Кэйн, — пятясь к двери, прошептала Селена.

Дверь не поддавалась. Селена дернула ручку. Он запер дверь на ключ. В этой клетке — ничего, кроме камня и пыли. Каменные стены, каменный пол, откуда не выломать даже маленького кусочка. Как же она позволила Кэйну так легко себя разоружить?

— Кэйн! — теперь уже крикнула она и принялась молотить кулаками в дверь.

Дверь не поддавалась, а Кэйн давно скрылся.

Риддерак стоял на четвереньках, раскачиваясь из стороны в сторону. Селена ошиблась: его задние конечности не были короче передних. Они были одинаковой длины. Тонкие, похожие на жердинки. Но почему риддерак не бросился на нее сразу, как только Кэйн ушел? Чудовище принюхивалось и царапало пол, оставляя глубокие борозды.

Селена поняла: она нужна ему живая. Кэйн обездвижил Верина и лишь потом вызвал риддерака. Эта тварь любила пить горячую кровь. Теперь, без хозяина, риддерак, скорее всего, вначале ее просто покалечит, чтобы напиться крови, а потом…