– Иногда, – спокойно отвечает мистер Грант, как будто это не самое безумное, в чем он когда-либо признавался. Серьезно, кто этот парень?

У меня пересыхает во рту.

– И вы им платите…

– Да.

– Мне очень не хочется вам это говорить, но это сильно смахивает на проституцию.

– Проституция предполагает секс, мисс Андервуд. Я не занимаюсь с женщинами сексом за деньги.

Мои глаза лезут на лоб. Он сказал «секс» – дважды, – и это вызвало в моем животе одновременно возбуждение и тревогу. Я сжимаю ноги вместе.

– Но что тогда вы с ними делаете?

– Это довольно личный вопрос. – Он снова играет со мной. – Я велел вам задействовать воображение, так что давайте. Если я не занимаюсь с ними сексом, как думаете, для чего я их нанимаю?

Понятия не имею. Я еще не до конца изучила его сайт. Так что я кусаю нижнюю губу и перебираю в памяти то, что мне известно на данный момент.

– Вы не можете просто платить женщинам за то, чтобы они вставали перед вами на колени в вашем кабинете.

– Почему бы и нет?

– Потому что это глупо. В чем смысл?

– В том, что мне это нравится, и они готовы это сделать.

У меня нет слов. Это не может быть правдой. Растерянность на моем лице сменяется улыбкой. Это должно быть унизительно для него, но он нисколько не смущен. Что заставляет меня задуматься о чем-то очень нехорошем.

– И…

Но я заставлю себя замолчать. Я не могу закончить фразу. Это слишком близко к флирту, слишком… интимно.

Черт.

– Что и? – эхом повторяет он, нетерпеливо ожидая, когда я закончу.

– И как я справилась?

Мне отчаянно хочется закрыть лицо руками или спрятаться под стол, а может, даже включить пожарную сигнализацию. Но если он так легкомысленно и небрежно говорит об этом, то и я возьму такой же тон. Потому что сейчас я умираю от желания узнать. Если он живет этой скрытной извращенной жизнью, то я хочу заглянуть за занавес. Это так заманчиво – просто окунуться в запретную, но захватывающую жизнь, которую он ведет.

Итак, вместо того чтобы прятаться, я заставляю свое тело не выдать меня: держу спину прямо, на лице сохраняю спокойное выражение. Как будто я только что спросила его, что такое супчик дня, а не то, насколько хорошо я справилась с ролью извращенной секретарши-рабыни.

После затянувшегося молчания и глубокого выдоха он говорит:

– Вы справились превосходно, Шарлотта.

Что? Я не ослышалась?

– Мне показалось, вы были недовольны мной. Но я все сделала правильно.

– Скажу в вашу защиту, вы даже не знали, что делаете.

Из моей груди вырывается смех.

– Тогда почему вы говорите, что я справилась превосходно?

Он снова замолкает. Мистер Грант сейчас явно воюет с самим собой, взвешивая разные варианты и, вероятно, думая, что, как более взрослый из нас двоих, он должен первым положить конец этому неуместному обсуждению.

– Я действительно не должен говорить…

– Да ладно. Вы первый это начали.

Это требует некоторых усилий с моей стороны, но мне удается сохранять непринужденный и слегка незаинтересованный тон.

Как вдруг колебаний нет. Слова легко перелетают через прилавок прямо с его губ в мои уши.

– Мисс Андервуд, вы изысканно смотрелись на коленях.

Даже не потеряй я дар речи, все равно бы не знала, что сказать. Сижу напротив него, как рыба, разевая рот. Удивительно, как я перешла от ссоры с Бо на лужайке перед его домом всего пару дней назад вот к этому: его отец говорит мне, что я хорошо смотрелась, стоя на коленях.

Нет, не просто хорошо. Изысканно.

Уверена, в моей долгой жизни не будет ни дня, чтобы я, услышав эти четыре слога, не подумала о мужчине, который был на двадцать лет старше меня и использовал именно это слово для описания того, как я выглядела, стоя перед ним на коленях.

Это нелепо. Смехотворно. Это нарциссизм и сексизм. Это унизительно, чувственно, лестно и… так много других слов, которые я не могу подобрать в данный момент. Почему-то в ответ мне удается произнести только:

– Я?

– Да, – отвечает мистер Грант, и в его голосе слышится голод. Будто у льва, рычащего перед тем, как растерзать свою жертву.

Умоляю мозг выдать наружу связную мысль… Наконец у меня получается сформулировать вопрос.

– И эта работа на коленях… Ваша компания нанимает девушек?

– Да.

– А вы решили, что я одна из тех девушек.

– Именно.

– И эту работу вы мне сейчас предлагаете?

– Это было бы крайне неуместно, учитывая ваши отношения с моим сыном.

– Прошлые отношения, – уточняю я, потому что все это звучит безумно. Но я не уверена, что хочу, чтобы он исключил меня из всего этого. Любопытство берет надо мной верх.

– И все же.

– Вы не возьмете меня в качестве одной из этих коленопреклоненных цыпочек из-за Бо…