Времени на раздумья и неуверенность от возможного отказа нет. Не удивлюсь, если нас не впустят даже погреться: кто захочет в свой дом проблему? Подойдя к двустворчатым огромным дверям, стучу, но ответа нет. Стучу еще раз, уже посильнее, но эффект тот же. Отойдя и приложив руки к щекам, заглядываю внутрь через стеклянное окно в пол, чтобы попытаться разглядеть: свет не горит, нет никаких вещей, дом выглядит пустым. Ладонь уже увереннее ложится на металлическую ручку и нажимает вниз. Сердце взволнованно пропускает удар, раздается щелчок, и дверь поддается, медленно открываясь за счет своей массивности.

Несмотря на звенящую тишину вокруг, аккуратно заглядываю внутрь.

– Здравствуйте… – Ответа нет. – Эй, есть кто-нибудь? – Собственный голос эхом отдается от стен, вызывая по телу мурашки от странного чувства. Обернувшись, бросаю взгляд на лежащего на снегу Артема, и сердце сжимается при виде мужа в таком беззащитном виде.

Непривычно. Очень непривычно.

В голове мелькает мысль, что сейчас он встанет, подойдет своей уверенной походкой, схватит меня за волосы, скажет грязную вещь, попрекнет Сэмом, заставит войти внутрь и запрет, заставит сидеть вместе с ним и не отходить ни на шаг.

Надеясь, что хозяева не вызовут копов за проникновение со взломом, а войдут в положение, сделав последний рывок на сегодня, заношу Артема внутрь. Мы сразу попадаем в просторную гостиную, взгляд падает на камин в дальней части стены. Подтащив Артема к нему, я сразу же разжигаю огонь аккуратно сложенными рядом дровами.

В самом доме тепло. Быстро оббежав все три огромных этажа в поисках хозяев, как и думала, никого не обнаруживаю. Самое странное, что в поисках аптечки на кухне я обнаруживаю продукты. Значит, совсем скоро сюда вернутся…

У меня, правда, не было другого выхода, кроме как войти без разрешения…

Найдя чемоданчик, полностью набитый необходимыми лекарствами, бегом возвращаюсь к Артему и сажусь рядом на пол. Положив голову мужа себе на колени, тщательно осматриваю рану, а затем обрабатываю антисептиком, вытирая кровь. Все тело Князева ледяное; начинаю снимать с него холодную одежду, оставляя только боксеры. Аккуратно растираю руками кожу, имитируя массаж, а затем, стянув с дивана два толстых пледа, расстилаю один на полу и перекладываю Арта на него, вторым укрываю сверху.

То же самое проделываю с собой и ложусь рядом; дрова в камине уютно потрескивают, отдавая тепло. Прижимаясь к Артему, кладу голову ему на грудь.

Надеюсь, мы сможем согреть друг друга…

Ощущение уюта и тепла окутывает меня. Так мягко и приятно я давно себя не ощущала. Сладко вздохнув сквозь сон, поворачиваюсь на другой бок, и в этот самый момент все чувства обостряются до предела, заставляя вспомнить произошедшее: крушение вертолета, мучения от спасения ненавистного мужа и чувство ломоты во всем теле, которое сейчас начинает возвращаться.

Когда я успела заснуть? Вроде лежала и пыталась согреть ледяное тело Князева. Сколько прошло времени? Щупаю рукой рядом с собой в поисках бессознательного Артема, но ощущаю только пустоту рядом. Его нет! Резко распахнув глаза, вижу перед собой потухший камин. В комнате светло, неужели целая ночь прошла так быстро?

В бешеном темпе поворачиваюсь на спину и сажусь, сбрасывая одеяло, а затем поднимаюсь, истерично оглядываясь вокруг. Куда он делся? Самые страшные мысли закрадываются в голову: а вдруг те, кто хотел избавиться от Артема, добрались сюда и навредили ему? Забрали? Убили?!

– Артем? – зову истерично дрожащим голосом, в пустоте огромного дома он отдает странным холодом. Не найдя мужа в гостиной, вбегаю в кухню, но и там пусто. Возвращаюсь назад, намереваясь подняться наверх. – Арт… – Не успеваю договорить, как уличная дверь распахивается и в нее входит Князев собственной персоной, держа в руках охапку дров.

Какого фига?!

Его пристальный взгляд почему-то заставляет меня стушеваться. Приняв как можно более беззаботный вид, словно не я только что с безумным выражением лица в страхе искала его, язвлю осипшим голосом:

– С возвращением на грешную землю. – Видимо, вчера я застудила горло, пока дышала через рот. Князь не отвечает, молча продолжая буравить меня пристальным взглядом. Н-да, видимо, сильно головушкой своей мафиозной приложился! Ну ничего, нам не привыкать к его неадекватности. – Развлекайся, – киваю на дрова и, развернувшись на пятках, ухожу на кухню.

В полной уверенности, что Князев занят в гостиной своими делами, начинаю бубнить себе под нос:

– Сам свой камин разжигай, больше я палец о палец ради тебя не ударю! – Открыв холодильник, осматриваю содержимое и достаю молоко. – Вытащила из вертолета, тащила на собственном горбу, согреть пыталась, а он даже слова не вымолвил! – Гневно топаю, рыская по огромным шкафам в поисках стакана, но его нигде нет, и это еще больше распаляет мой гнев.