Каждая лишняя минута, которую они проводят с угнанной тачкой, прибавляет шанса, что их возьмут. Как бы Джек ни верил в Леона, эта херня все равно нервирует до дрожи в пальцах. Может, оно и хорошо, что Гэри теперь за рулем – он лучше умеет справляться с тревогой. Это же не гнев.

– Факбой, – Леон вырастает рядом с ним, – ты как?

– Я? – Джек поворачивает голову и утыкается взглядом в его обеспокоенное лицо. – Да в порядке, в целом, а с чего ты решил, будто нет?

– Ты на нервах, – сообщает тот, – при угоне что-то пошло не по плану?

– Нет, все было чисто, даже подозрительно. Сигналка уже не мигала, я быстро прошелся отмычкой, открыл окно и завелся. Вообще никакой загвоздки, понимаешь?

Признание вылетает из Джека против воли, и от этого даже зубы сводит. Вот можно же помолчать? Конечно нет, надо вывалить все свои тревоги при первом вопросе.

– Я предупреждал, что нам в Ливерпуле помогут, – напоминает Леон. – Это оно и было, не стоит накручивать себя из-за гаража. Прошло чисто, как планировали.

– Да помню я, – отмахивается он, – все равно слишком хорошо.

– Джек, – тот кладет ему руку на плечо, – ты отличный угонщик, но нервы тебя погубят. Попробуй успокоиться, ладно?

– Не нужно меня уговаривать, я сам понимаю. Дышать поглубже, думать поменьше.

– Если что, мы вас сменим.

– Да хватит, – Джек сбрасывает его руку с плеча, – сюсюкаешь, как с ребенком. Есть работа, мы ее сделаем. Как договаривались.

Нью-Йорк, 2018

Кортни заваливается в кабинет без стука с ноутбуком наперевес. У них была назначена встреча, но все равно ее появление выглядит так, словно она собирается его стукнуть, причем этим самым ноутбуком.

Порой он жалеет о том, что пошел на поводу у остальных и забрал учетников в свою дирекцию. Еще когда Кортни Симмонс устраивалась на работу, то уже звенела яйцами на весь коридор. Ее отдел обычно не слышно и не видно: сидят уткнувшись в компьютер, боятся пошевелиться. Нет, тоже полезно – к результатам не подкопаешься, – но совсем не стиль Джека.

Он не нравится Кортни. Было бы странно, если бы нравился – она влюблена в Чеда давно и совершенно безнадежно. Но хорошо бы это не мешало работе, по крайней мере сейчас.

– Мистер Эдвардс, – бросает она, без разрешения усаживаясь в кресло напротив и укладывая ноутбук себе на колени.

– Привет, солнышко, – улыбается он, с удовольствием замечая, как на ее лице отражается смятение. – По чьим вопросам пройдемся сначала, по твоим или по моим?

– По вашим, – тут же собирается она и фокусируется на экране.

– Тогда разберем результаты инвентаризации на складе. Вернее, письмо Келли, которое их оспаривает.

Больше всего Кортни ненавидит, когда кто-то в ней сомневается. Малейший косяк в сличительной ведомости – недавно детали задвоились – и в соседнем кабинете становится тихо. Настолько, что Джек даже побаивается, не будет ли следующим звуком выстрел.

Вот и теперь они разбирают пункты, которые оспаривает склад в Денвере, и лицо Кортни становится все жестче. Джек даже не собирается с ней ругаться – она сама справляется. Леон рассказывал, когда они отправили ее на завод, чтобы помочь разгрести накопившийся бардак, в итоге трое уволились, а половина офиса рыдала в туалете.

Кажется, это был единственный раз в том году, когда Леон смеялся до слез.

– Поняла, – кивает она. Их вопросы заканчиваются. – У меня все.

– Знаешь… – Джек вспоминает о заводе удивительно вовремя. – А давай-ка мы с тобой еще одну тему обсудим.

Кортни поднимает на него напряженный взгляд.

– Я поняла, что наш процесс инвентаризации нужно обновить, – произносит она деревянным голосом.

– Ой, да к черту его! – Джек захлопывает крышку ноутбука и садится поудобнее. – Помнишь, ты на завод ездила?

– Да, – напрягается она еще больше. – Что-то не так? Это же было давно.

– Все так, расслабься. У меня к тебе творческий вопрос.

В глазах Кортни появляется настоящая паника. Она неловко ерзает на стуле, мечется взглядом между экраном своего ноутбука и Джеком.

– Да, мистер Эдвардс? – осторожно произносит она.

– Солнышко, – улыбается он, стараясь снять ее тревогу, – мы ведь с тобой друзья?

Он готов поставить сотку, что больше всего она хотела бы услышать это от Чеда. У Кортни краснеют уши и опускается подбородок.

– Вот скажи по-дружески, что видела на заводе? Как у них все устроено?

– Были ошибки в учете, – механически отвечает она, – некоторые – критичные.

– Это я знаю. – Джек подается чуть вперед, ловит ее взгляд. – Расскажи свои впечатления в целом.

Она могла бы быть красивой. Нужно-то немного – расправить строгие складки между бровей, поднять уголки губ, чтобы улыбались. А если еще добавить в глаза той любви, с которой Кортни смотрит только на Чеда, и мужики в барах не отходили бы.

– Мистер Эдвардс, это не мое дело, – спорит она, – все, что меня касалось, я написала в отчете.

– Поэтому прошу по-дружески, между нами. Я же вижу, что тебе там что-то не понравилось.

– Там… – Она как будто мучительно подбирает слова.