Я чувствую это в том, как мужчина целует меня. Вижу во взгляде, обнажающем душу. Могу вкусить в воздухе, который он выдыхает. И я ощущаю его честность, как хищник чувствует страх своей жертвы.

― Ты только со мной? ― спрашивает Логан, прерывая поцелуй, когда я начинаю стягивать с него рубашку вместе с галстуком. ― Мы этого еще не обсуждали, но я думаю, что ясно дал понять о своем положении, а ты сказала, что не хочешь, чтобы я был с кем-то еще.

Я никогда даже не помышляла так поступить, после того, как мы начали заниматься сексом.

― Ты же знаешь, что я не хочу, чтобы ты был с кем-то еще, ― говорю я, смущенная тем, почему он чувствует, что сейчас лучшее время, чтобы поднять эту тему.

Ухмыльнувшись, Логан прикусывает мои губы, а затем отодвигается и тянется между нами, чтобы расстегнуть свои штаны.

― Как много времени прошло с тех пор, как ты была с кем-то до меня?

― Семь месяцев, ― отвечаю я, даже не нуждаясь в подсчете.

Он выгибает брови. Да, я слежу за сексом. В некотором роде это происходит случайно, после того, как вы переживаете то, через что прошла я, и, наконец, можете снова наслаждаться близостью.

― Хорошо, ― произносит он, целуя меня в щеку. ― Противозачаточные?

Мое сердце сжимается в груди, и я проглатываю ком в горле.

― Я не могу иметь детей, ― честно шепчу я.

Он поднимает голову и морщится в замешательстве. Я могла бы просто солгать. Замять это и пообещать, что не смогу забеременеть.

Но меня тошнит от лжи, когда я могу не врать.

― Почему?

Вместо того, чтобы просто соврать ему, я указываю шрамы на боку.

― В ту ночь я многое потеряла, ― тихо отвечаю.

Я толкаю его в грудь, и он отодвигается от меня достаточно, чтобы я смогла перевернуться, показывая ему свою спину. Указываю на шрамы на боку, самые близкие к правому бедру.

― И почку, ― добавляю.

Пальцами Логан касается зарубцевавшейся плоти, но на этот раз я не напрягаюсь. Вместо того, чтобы ощущать его прикосновение как ожог кислотой, оно действует как исцеляющий бальзам впервые за долгое время.

Мужчина касается моего плеча губами.

― Что еще? ― мягко спрашивает он шепотом, проводя руками по изгибу моей задницы, где еще один длинный шрам.

Я закрываю глаза.

― Мое лицо. Сейчас там больше металла, чем костей. Было много очень сложных, даже несколько экспериментальных операций по восстановлению подобия структуры кости. Человек, который сотворил чудо, откровенно говоря, гений. Он живет в России, но приехал в Штаты только ради меня. Деньги могут изменить исход чьей-то жизни.

Просто лицо. Это просто лицо. Но оно могло быть обезображено. Я могла выглядеть как монстр. Тогда я была бы такой же уродливой снаружи, как и внутри.

Я поворачиваюсь, глядя через плечо на него, когда он пробегает рукой по моему бедру, прослеживая неровный шрам там.

― Откуда этот?

Мне не нужно лгать.

― Стекло. В ту ночь оно врезалось так глубоко, что врачи не могли сразу его удалить, опасаясь, что я потеряю еще больше крови... слишком много. В ту ночь моя кровь окрасила улицы.

Говорить ему правду, пусть и не всю, странно излечивает. Мне надоело постоянно врать. Даже немного истины заставляет все это выглядеть более реальным.

Я просто не упоминаю Кайла, который воткнул осколок разбитого зеркала туда. Того самого зеркала, которое они разбили, после того, как использовали, чтобы мучить моего брата.

У меня тоже припасено зеркало для Кайла. Несколько зеркал. Он будет наблюдать за всем, что я сделаю.

― Мне жаль, ― мягко отзывается Логан так душераздирающе искренне, что слезы грозят снова наполнить мои глаза.

― Это не твоя вина. Я не хочу испортить момент, но и врать тоже не хочу.

― Тебе не придется врать, ― говорит он, и слова заставляют меня сдержать еще больше правды, чем он когда-либо сможет выдержать. ― Невероятно, что ты выжила.

Он и понятия не имеет.

― Я дважды не подавала признаков жизни. Так что, технически, дважды умерла. А затем переродилась. По крайней мере, так мне нравится думать.

Он встречается со мной взглядом и скользит рукой по моей талии, наклоняясь вперед. Логан захватывает мои губы, и придавливает своим весом. Это еще одна позиция, в которой я никогда не думала, что мне будет удобно, но с Логаном так легко и непринужденно.

Поцелуй благоговейный, проникновенный, и на самом деле, он означает больше, чем все то, что мужчина мог бы произнести прямо сейчас. Я не перестаю целовать его, даже находясь в неудобном положении.