Его сладострастно-ласковый голос бархатным шепотом вызвал стаю мурашек.

Я несколько раз открыла было, чтобы ответить, но взволновалась, что единственное, что смогу произнести, – приглушенный стон.

– Привет, – наконец неуверенно пробормотала я, и меня внутренне передернуло от того, насколько отстойно это все выглядело.

Телефон загудел у бедра, напоминая о том, что у меня вообще-то есть милый и сексуальный парень. Внутри появилось чувство, что этот мужчина, расслабленно сидящий передо мной, может нанести куда больше урона моему сердцу, чем Кларк смог когда-либо.

Конечно, вряд ли такого парня когда-нибудь заинтересует девушка вроде меня.

То есть… о чем вообще говорить?

Именно в этот момент я поняла, что довольный взгляд невероятно красивого незнакомца сменился обжигающим голодным пламенем. Он будто раздевал меня глазами: его воображение, должно быть, подкидывало ему множество вариантов овладения моим телом прямо здесь и сейчас.

Я читала о таком типе мужчин в бесчисленном количестве любовных романов, где они были представлены неуловимой мечтой, идеалом альфа-самца, от очарования которых женщины забывают все предостережения и сдаются в их плен. Я всегда думала, что они не существуют, что они просто книжные герои, плоды авторского воображения.

До того момента, как передо мной возник живой пример этой фантазии. И ты точно знаешь – одна ночь с этим незнакомцем будет еще долго всплывать во снах, как и незабываемая первая встреча, которая выбьет весь воздух из легких и навсегда изменит тебя.

«У ТЕБЯ ЕСТЬ ПАРЕНЬ», – закричал голос разума в голове.

И я понимала, но… в тот момент я с трудом вспоминала даже его имя.

Ари

Она была подобна вспышке молнии, поразившей меня прямо в гребаное сердце своей красотой. Заставила меня и всех остальных парней – и девушек – в этом зале несколько раз обернуться. Не медля, мне хотелось выколоть им всем глаза вилкой, которая лежала на столе передо мной.

Моя. Все внутри меня – и мой член – буквально кричали об этом.

И, честно говоря, я никак не мог заставить этого сумасшедшего ублюдка успокоиться.

Ее золотые кудри беспорядочно рассыпались вокруг лица, будто они были сами по себе, а эти глаза?.. Что ж, давайте просто скажем, что они напоминали две чашки кофе – один взгляд, и ты уже бодр и полон сил для новых свершений.

Она была самой горячей девушкой, которую я когда-либо видел. Каждый сантиметр ее тела притягивал так, что я не смог сопротивляться, даже если бы захотел.

Не то чтобы я пытался устоять. Я не идиот.

Мое влечение к ней было подобно товарному поезду, мощному и беспощадному, а мой член так затвердел, что я боялся случайно порвать штаны.

Это ощущалось так, словно я впервые за долгое время смог по-настоящему вдохнуть полной грудью. С того самого момента, как увидел тот билборд и понял, что это она. Как будто с того самого дня, как она покинула меня в детстве, я сдерживал дыхание.

И сейчас я могу свободно вдохнуть.

Я ехал по дороге в Далласе, панорама города растянулась передо мной: во все стороны расползались лабиринты зданий и огней, которые, казалось, будут гореть вечно. На перекрестке мой взгляд зацепился за рекламные щиты, выстроившиеся вдоль обочины. Вспышками мелькали рекламы разных продуктов: от фаст-фуда до роскошных автомобилей. Каждая боролась за то, чтобы проезжающие автомобилисты обратили на них свое внимание.

И вот мой взгляд остановился на одном конкретном рекламном щите, который заставил меня тут же недоуменно ударить по тормозам.

Это была она – девушка, значащая для меня больше, чем жизнь, воплощение десятилетия, полного желания и тоски. Рядом с ней сидел огромный леопард, свирепые глаза которого были прикованы к чему-то за объективом камеры, – кажется, это какая-то реклама духов.

Я сразу понял, что это она, Лайла, девушка, которую когда-то потерял. Единственная, кого я когда-либо любил.

Лавина воспоминаний тут же накрыла меня… я давно похоронил их и старался забыть.

Я дернул головой, отгоняя мысли о моменте, когда наконец нашел Блэйк. Похитить ее и увезти с собой на какой-нибудь отдаленный остров в данный момент перестало казаться плохой идеей.

Потому что теперь, когда я нашел ее… Теперь, когда смог наконец дышать… Могу, черт, поспорить на что угодно: больше никогда ее не отпущу.

– Как тебя зовут, солнышко? – спросил я вместо того, чтобы схватить и утащить ее прочь.

Думаю, я заслужил за выдержку гребаную медаль.

Она поморщилась, будто ей было ненавистно это «солнышко». Мне придется поработать над этим чуть позже. Сейчас трудно было думать о чем-то другом, когда я смотрел на нее. Ее присутствие подобно солнцу, наконец выглянувшему после долгого периода гребаных дождей.

Только посмотрите на меня – уже становлюсь поэтичным. Надо будет напомнить Линкольну при следующем разговоре, каким умным и харизматичным я был.