Я проскальзываю в комнату, где Аполлон уже расхаживает перед диванами. Он буквально уничтожил своего противника, и его энергия на пределе. Это был один из немногих боев, во время наблюдения за которым мое сердце буквально подскакивало к горлу. Словно в адреналиновом тумане я кричала и подбадривала Аполлона, а Джейс стоял у меня за спиной, положив руки на мои бедра. Он был моим личным телохранителем, а его маски и репутации было достаточно, чтобы никто не столкнул нас с края платформы. Когда Аполлон победил, я с удовольствием поднялась на ринг и взяла его за руку, подняв ее настолько высоко, насколько могла. Учитывая, что он выше меня ростом, даже если я на каблуках.

Я закрываю дверь громче, чем нужно, чтобы привлечь его внимание, и Аполлон замирает. Он уже снял простую коричневую маску, в которой сражался, но так и не надел рубашку. По его груди, шее и поясу коричневых брюк растеклась золотая краска.

– Поздравляю, – шепчу я, подходя ближе, и чувствую, как пересохло у меня во рту.

Аполлон удивленно смотрит на меня, когда я снимаю свою маску и аккуратно кладу на пол, ведь она слишком красива, а я не хочу случайно уронить ее и разбить. Я тянусь руками к задней части платья и расстегиваю молнию.

– Что ты делаешь? – сдавленно спрашивает он.

– Ты забыл о своем обещании? – застенчиво улыбаюсь я и позволяю платью соскользнуть с плеч.

Под платьем на мне комплект кружевного белья. Хотя его и бельем-то назвать нельзя. Бюстгальтер состоит лишь из кружевной полоски на сосках и косточек, поднимающих груди, а мои трусики – это даже не стринги, а тоненькая веревочка, которая не оставляет простора воображению.

Не снимая туфель, я тяну вниз трусики, а после того, как ткань падает к моим ногам, переступаю через них.

Аполлон пожирает глазами мое тело, но останавливает взгляд на шраме на моем животе. Это единственный след, оставшийся после операции, и это единственное напоминание о том, что я чуть не погибла от рук Паркера и Алекса. Шрам совсем небольшой, но все равно притягивает его взгляд.

– Тебе же нельзя…

– Сегодня утром доктор мне разрешил, – ухмыляюсь я. – Но если ты предпочитаешь, чтобы я нашла удовлетворение в другом месте…

– Ты уверена? – Аполлон кашляет, но выражение его лица внезапно становится намного более голодным.

– Все это время я умирала от желания. – Наконец я подхожу еще ближе и оказываюсь от него на расстоянии вытянутой руки.

Отсутствие секса в течение последних двух месяцев чуть не убило нас, но парни были непреклонны в том, что мое здоровье превыше всего.

Мерзавцы.

Они даже не позволяли мне кончать, потому что считали, что оргазм привел бы к напряжению мышц моего живота, что, в свою очередь, могло бы причинить мне вред.

Позвольте поделиться с вами небольшой деталью: я пыталась достичь оргазма самостоятельно, но они просто отводили мои руки от моего тела. Я долго злилась на них, но в конце концов решила спать в одной из гостевых спален, потому что атмосфера мужской энергии в нашей комнате начинала сводить меня с ума. Но теперь все это в прошлом, и я хочу оттрахать их много-много раз. Начиная с Аполлона.

– Я хочу, чтобы ты покрыл меня этой краской. – Я протягиваю руку и провожу пальцем по самой широкой полоске золотой краски на его груди, а затем растираю золото между пальцами. – Ты сделаешь это?

– Можешь даже не спрашивать, детка, – стонет он, и в моей груди что-то трепещет.

То ли волнение, то ли тревога. Я не знаю.

Аполлон притягивает меня ближе и опускает голову, прижимаясь поцелуем к моим губам. В одно мгновение прикосновение его губ превращается из нежного в обжигающее, и я сжимаю его бицепс. Я чувствую на его губах привкус крови от одного из немногих ударов, которые он пропустил. Он прижимается ко мне обнаженной грудью, и мои соски твердеют сквозь кружева. Аполлон поднимает меня на руки и несет на диван, но не кладет на него, а ставит рядом и отступает назад.

– Повернись, – приказывает он, и когда я подчиняюсь, мое тело будто пронзает током.

Он кладет руку мне на поясницу и подталкивает к спинке дивана. Раздвинув мои ноги шире, он опускается на колени. Аполлон кладет руки на мои бедра, и я стону от горячего дыхания, касающегося моей киски.

– В последнее время мы этим пренебрегали, – говорит он, проводя пальцем по внутренней стороне моего бедра. – И как бы я ни хотел трахать тебя до тех пор, пока мы оба не сможем стоять, ты должна кончить первой.

– Пожалуйста, – умоляю я. – Боже, Аполлон, прикоснись ко мне.

– Ты такая нетерпеливая, – усмехается он.

– А ты разве нет? – огрызаюсь я.

Но затем его язык оказывается там, где я хочу его чувствовать. Аполлон лижет мою киску, пробуя на вкус, а затем сосет и покусывает везде, кроме клитора. Только когда я начинаю извиваться на спинке дивана и почти теряю сознание, он всасывает мой клитор в рот, и я немедленно разбиваюсь вдребезги. Я крепко вцепляюсь в диван, и мои ноги дрожат от силы первого оргазма.