Он больше не увидит ее. Он отпустит ее и позволит жить своей жизнью. Но будь он проклят, если когда-нибудь позволит кому-нибудь сокрушить ее дух.

И как только она физически оказалась вдали от гнева отца, Данте пошел торговаться с дьяволом.

* * *

— Где Дэмиен? — Данте ворвался в кабинет отца, хлопнув ладонями по столу.

Его отец нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

Он вселил в себя гнев, черный, горький.

— Прекрати это дерьмо. Где он?

Лоренцо Марони моргнул, откинувшись на спинку кресла.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Данте вздохнул, требуя от себя всего терпения.

— Я поехал к нему, только чтобы навестить, пока огонь сжигал чертову собственность. Почему каждый дом, в котором он находится, сгорает, а? Я часами искал его среди тел и выживших, и его там не оказалось. Так что, дорогой отец, где, черт возьми, мой брат?!

Он увидел, как его отец схватил телефон со стола, встал, набрал кому-то и начал расхаживать. Данте ждал, кислота в его венах просто смотрела на человека, пожирающего его заживо.

— Дэмиен Марони, — рявкнул его отец в трубку. — Где он? — пауза. — Нет, его нет на объекте. Был пожар. — пауза. — Да, я хочу, чтобы его нашли. — он повернулся к Данте, его глаза были спокойны. — Я не знаю, где он, но его найдут.

Данте наклонился вперед, его взгляд был безжалостен на мужчине.

— Тебе лучше надеятся на это, отец. Или у нас с тобой будет совсем другой разговор.

— Не смей угрожать мне.

Данте молчал, позволяя своим глазам говорить, каждая капля ненависти, которую он испытывал к этому человеку и к самому себе, становилась для него видимой.

— Если ты не найдешь моего брата, мне нечего терять, — тихо сказал ему Данте.

— Она в моих руках, — сказал ему отец. — Ты глупо привязан к ней. И она в моих руках, сын.

Данте намеренно слегка ухмыльнулся.

— Хорошо. И тебе лучше позаботиться, чтобы с ней ничего не случилось.

— Или же?

— Или я уйду.

Тишина между ними была напряженной. Данте никогда раньше не делал такой угрозы. Но раньше он не был готов. А сейчас был.

— Ты не можешь уйти, — Ищейка Марони вошел в его пространство, его палец указывал на грудь, его глаза были недоверчивыми.

— Я могу и я уйду, — сказал он отцу, схватив палец и сжав его. — Если хоть один волосок на ее голове пострадает, я уйду. Все твоё наследие разрушится. Лоренцо Ищейка Марони станет не чем иным, как пищей для сплетен без наследника.

— Я бы убил тебя раньше.

Как и ожидалось.

— И между тобой и Тристаном ничего не будет, — сообщил Данте отцу. — Теперь, когда он стал взрослым, почему ты думаешь, что все еще жив, отец?

Это потрясло его. Он увидел это.

Данте похлопал его по плечу.

— Думать, что она пешка, было твоей самой большой ошибкой, старик. Так что, скажи своим сторожевым псам, чтобы они охраняли ее. Если она заработает хотя бы порез, это окажется на твоей репутации и на кону твоя шея.

— Я не допущу, чтобы ты запачкал нашу кровь какой-то обычной маленькой шлюхой.

Какой напыщенный мудак.

— Эта, обычная маленькая шлюха, однажды станет матерью моих детей, отец, — улыбнулся Данте мужчине. — Твои внуки. Будущие Марони.

— Если ты будешь с ней, я перережу ей и ее матери глотки, — выплюнул отец.

Триумф прокатился по нему. Он маневрировал своим отцом именно там, где он хотел.

— Значит, пока я держусь от нее подальше, ты оставишь ее в покое?

— Она собиралась попасть в аварию, — сказал отец, заставляя живот Данте сжаться. Хотя он уже подозревал это. — Но ты научился торговаться, сынок. Я не буду трогать ее, пока ты не выбросишь ее из головы. Найди кого-нибудь другого, чтобы трахаться.

Данте стиснул зубы, зная, что сейчас не время склонять чашу весов этого шаткого равновесия. С этими словами, он повернулся, чтобы уйти, но остановился.

— Ох, и с сегодняшнего дня ее мать, работает у меня, а не у тебя. Те же правила применяются и к ней. А теперь я оставлю тебя искать моего брата.

Он знал, что его отец найдет, сгоревший труп мальчика, подростка на краю участка. Данте сомневался, что его отцу могло прийти в голову, что его разыграли. Его брат находился за океаном, в безопасности в чудесном доме с друзьями, которых он приобрел в центре, и жил хорошей жизнью вдали от этих игр, а не был пешкой на доске. Данте больше никогда его не увидит, никогда не рискнет, что кто-нибудь найдет его до Дэмиена, ради его собственной безопасности.