У меня не было выбора.

Ее тело извивалось под моим, когда я скользнул еще одним пальцем в ее киску, потирая ее клитор пальцем.

— Ты такая чертовски красивая… такая сильная. — Слова сорвались с моих губ, исчезая в ее волосах, спадающих вниз по ее спине, стекая в воду. — Мне так чертовски сложно, я в агонии. Всю мою жизнь, чего-то не хватало. И теперь я нашел то, чего мне не хватало. — Я качнул своим членом напротив нее, делая себе только хуже. — Я нашел тебя. Я украл тебя. Забрал тебя от других, которые не ценят такой дар, как ты, и теперь я никогда тебя не отпущу.

Она застонала, ее глаза сверкали похотью.

Я толкнулся еще раз, приветствуя тепло и блаженство быть обнаженным с этой женщиной.

— Посмотри, что ты делаешь со мной? Посмотри, как сильно мне нужно оказаться внутри тебя и никогда не покидать? — Я качнул своими бедрами, тяжело дыша от восхитительного трения.

Нила ахнула, ее спина выгнулась в приглашении.

— Господи, не останавливайся. Расскажи мне все. Не бойся. Если ты хочешь, чтобы я умоляла, я буду умолять. Если ты хочешь, чтобы я кричала, я буду кричать. Просто… — С раздвинутыми в воде ногами, когда она наклонилась в сторону, она смотрела на меня через плечо. — Никогда не переставай быть честным со мной. Это… то, что ты даешь мне, Джетро, это делает все стоящим. Это делает все, во что я верила, реальным.

Ее щеки вспыхнули, когда она улыбнулась сквозь слезы.

— Ничто не могло бы подготовить меня к этому. Ничто не могло бы научить меня чувствовать себя таким образом. Я готова забыть обо всем. Я готова быть эгоисткой и украду тебя, как ты украл меня.

Она закричала, когда я скользнул пальцами глубже внутрь нее, вырывая свое имя из ее уст.

— Я-я хочу только тебя, — простонала она. — Лишь тебя. Обещай мне, что я c могу удержать тебя. Обещай мне.

Мое сердце… черт, мое сердце.

Оно раскрылось.

Замок свободно упал.

Ее слова были ключом. Прощение и любовь, и стойкость, и все, что делало ее чистой, похитили меня из моей жизни полной боли.

Она изменила меня.

Прямо здесь.

Прямо сейчас.

Я стал принадлежать ей.

Бесповоротно.

— Я обещаю, — поклялся я. Мне нужно было забраться в ее душу и закрепить все, в чем мы так просто признались. — Я так запутался в тебе. Я… — Я не мог больше говорить. Я был слишком хрупким. Слишком перегружен.

Я схватил ее за подбородок и повернул ее голову, чтобы она поцеловала меня. Я напал на ее рот дико и жестко. Водил языком мимо ее губ и раз и навсегда признался, что я мог бы быть Хоук. Я мог бы быть сыном, предназначенным для трагедии, но мне было плевать с тех пор, как я получил ее.

Она задрожала в моих объятиях, когда я поцеловал ее глубже, жестче. Мой большой палец кружил на ее клиторе, соответствуя ритму моих пальцев, двигающихся в ее киске.

Она двигала бедрами, используя меня, чтобы достичь экстаза.

— Обещай мне, что ты никогда не избавишься от меня. Обещай мне, что ты никогда не уйдешь. Неважно, как сильно я облажаюсь. — Я хотел привязать ее в этот момент нерушимым договором, чтобы она никогда не покинула меня, не важно, насколько плохи будут дела.

Потому что, в конечном итоге, я бы все испортил. Она бы, в итоге, возненавидела меня.

У меня были долги, которые нужно взыскать, ее брат, которого нужно было убить, и империя, которую нужно украсть.

Я не был идеальным. Ее любовь не делала меня лучшим человеком — она просто дала мне силы, чтобы продолжать борьбу.

Ее внутренние стеночки задрожали от моего прикосновения. Мой рот наполнился слюной, чтобы попробовать ее.

— Я… я обещаю. — Еще один крик вырвался, когда ее бедра жестче раскачивались на моей руке. Я крепче обнял ее своей рукой.

— О, боже… да… Джетро… пожалуйста… — Ее лицо раскраснелось, каждая мышца была напряжена, с необходимостью освободиться.

Она отдала мне полный контроль над своим телом и душой.

Я слетел с катушек.

— Боже, я хочу оказаться в тебе, — я схватил свой член, объезжая ладонь. — Так сильно. Так чертовски сильно. — Я жестко дрочил, пытаясь укротить похоть в своей крови, но становилось только хуже.

Я никогда ни в ком не нуждался, как в ней.

Для меня никогда не было необходимости вызывать боль, кусать или терзать. Но сейчас я делал это. Хотел ее разрушить. Я обезумел от гребаного желания.

Нила потянулась назад, придерживая мою руку. Ее дыхание было таким же неровным, как и мое.

— Я тоже в этом нуждаюсь. — Прикусив губу, она направила мою пульсирующую эрекцию между своих ног и прижала сбоку. — Не сдерживайся. Больше никогда. Я выдержу то, что ты хочешь дать мне.

Я задрожал.

— Черт, Нила.

Она хотела все.

Она хотела меня. Всего без остатка. Испорченные части. Темные части.

Меня.