Громкий стон вырвался из груди Джетро, когда его член стал еще толще внутри меня. Его плечи сгорбились, пока он быстрее врезался в меня.

Мои мышцы сжались, готовясь к освобождению.

Джетро зарычал, захватив мой рот в поцелуе. Его язык двигался жестко в одном ритме с его бедрами. Он украл все мои мысли. Я растаяла в жаре моей бешено бурлящей крови. Извергающейся, двигающейся к моему лону.

Мое сердце сжалось в груди. Я не могла глотнуть достаточно воздуха. Я застонала, отрываясь от его губ, и укусила его за плечо. Его руки дрожали от моего веса. Он втянул воздух.

— Черт, Нила. Я не могу… я сейчас…

Я знала, о чем он говорил. Он был в темной пропасти — в глубине боли, в которой он обычно жил. Только в темноте существовали звезды и кометы, и вспышки молнии, которые просто ждали, чтобы разрушить и залить нас светом.

— Отдай мне все… — Я крепче сжала ноги вокруг его бедер, подвигая его к финальному толчку. Я толкнулась на него жестко и глубоко, как только смогла.

— Боже. — Черты его лица напряглись. Он сдался.

Я последовала за ним.

Наш ритм стал бешенным, мы трахались, отбирая все, что могли, друг у друга.

— Я с тобой, — прошептала я, в то время как сила оргазма украла мой голос и превратила меня в какофонию вспышек.

Джетро открыл глаза, мы вглядывалась друг в друга. В его золотистых радужках светилось все, что он не мог высказать. Правда сверкала, обостряя наше освобождение, делая из моего оргазма что-то катастрофическое.

Я закричала.

Это было единственное, что я могла сделать, чтобы дать выход внутреннему удовольствию.

Меня унесло в галактику взрывающихся звезд. Взрыв за взрывом, комета за кометой, я полностью распалась на части.

Джетро вскрикнул, прижав свой лоб к моему, когда его тепло взорвалось внутри меня. Его тело дернулось, когда волна за волной его сперма заполняла меня. Сладкая боль в моем лоне одновременно успокаивала и утверждала его силу, приветствуя его в моем теле.

Он кончил внутрь меня.

Впервые.

На каком-то первобытном уровне я завладела им. Он смешал себя со мной. Он никогда не смог бы забрать это.

Он был мой так же, как я была его.

Раз и навсегда.

«Кое-что еще может быть твоим из-за твоей тупости».

Я могла бы забеременеть.

Мое сердце застучало от страха, но этот страх померк на волнах удовольствия. Я разберусь с этим, но не сейчас.

Не сейчас.

Казалось, что наш оргазм длился вечность, но на самом деле всего пару мгновений. Пару чудесных мгновений, которые исцелили и разрушили нас.

Когда последствия оргазма утихли, я опустила ноги и выдохнула.

Джетро разжал свои объятия и вышел из меня. Влага покатилась по внутренней части бедра, когда я отодвинулась от его горячего тела. Я едва могла стоять.

Джетро вздрогнул, запихнув свой блестящий от влаги член в боксеры, и застегнул свои штаны. Он уже начал отстраняться. И ни за что в жизни я бы не позволила ему это. Он не мог дать мне все это, а затем закрыться.

Поправив платье и подняв трусики с кортиком с земли, я сказала:

— Ты знал, так ведь?

Он застыл.

— Что знал?

— О чем я думала, когда ты нашел меня.

Я была не готова к тому, как черты его лица расслабились или, как в его глазах загорелись тепло и забота.

— Да, знал.

Мое сердце барабанило от страха. Использует ли он это как оружие против меня или будет с уважением относиться к моим чувствам и не играть ими?

Он провел рукой по своим волосам, прежде чем погладил меня по щеке и грустно улыбнулся.

— Спасибо тебе, Нила. Спасибо за то, что только что мне отдала.

Поцеловав меня еще раз, он тяжело вздохнул и испарился.

Джетро

В эту ночь у меня не было желания посещать Жасмин.

Не было надобности «исправлять» себя или же искать свой лед.

У меня не было желания меняться или же прятаться, или делать те вещи, которые я делал на протяжении всей жизни, чтобы суметь существовать в окружении своих родных людей.

Я был благодарен.

Даже больше чем благодарен.

Она заботилась обо мне.

Я ощущал это.

Я жил этим.

Она излила всю правду в мое горло и забрала прочь все заблуждения, что царили внутри меня.

Я еще никогда не испытывал такого счастья, когда скользнул в ее тело. Я никогда не чувствовал себя настолько цельным, чем в тот момент, когда удерживал ее в своих объятиях.

Я лег в кровать и улыбнулся только ради красоты самой улыбки.

Я нашел спокойствие… впервые в жизни.

Единственный раз.

Я был просто самим собой.

Жасмин была права.

Нила могла излечить меня.

У нее было то, без чего я сомневался, что мог выжить после сегодняшнего.