Я желала боя! Я слушала их идиотские истории, связанные с нашими предками, теперь настало время им послушать мою историю!

― Я не могу быть уверена в том, что история моей семьи так же хорошо задокументирована, как и ваша, но я знаю одно, что моя семья ни в чём не повинна. Чтобы не случилось, это было давно и произошло между ними, не нами! Моя семья создала бизнес по пошиву одежды. Мы одеваем богачей, но мы жертвуем и одеваем бедных. Я горжусь тем, кто я и откуда...

― Джет! ― мистер Хоук нахмурился и потёр пальцами переносицу. ― Заткни, суку!

Джетро молниеносно закрыл мне рот своей широкой ладонью.

Я застыла. Я знала, что своими словами я навлекла на себя наказание. Я не могла никого винить, но я не могла позволить себе сожалеть об этом… Я верила в то, что я была хорошим человеком. Так же, как и мой отец, брат близнец, моя мать, и мои предки.

― Ты вынуждаешь меня делать с тобой нехорошие вещи, ― прошипел Джетро мне на ухо. ― Я собираюсь наказать тебя и поквитаться за твои слова кровью.

Моё сердце бешено застучало, но я заставила себя вспомнить одну важную вещь.

Они не могут причинить мне боль.

Да, будет боль. Да, будут мучения. Но они оставят меня в живых, они не могут убить меня, пока я не выплачу все долги.

Не отрывая своего взгляда от меня, Мистер Хоук, приказал:

― Джетро, объясни этой глупой женщине, что семья Хоук милосердна и прощает такие истерики, но всему нужна мера. ― Он перевёл взгляд с меня на своего сына. ― Забирай её, она твоя, поладь с ней. Я не хочу видеть её до того момента, пока она не прекратит нести чушь в виде её праведной правды, которую думает, что обязана нам высказать, а мы обязаны её слушать.

Джетро кивнул, подталкивая нас к выходу. Его рука опустилась с моего рта, и его цепкие пальцы обхватили моё запястье. Каждая часть меня сжалась под властной атакой его тела, под его резкими движениями и золотистыми, безжизненными глазами, но я заставила себя выпрямиться, быть гордой.

Я издала гортанный хриплый рык.

― Что бы ты ни сделал, больше не имеет никого значения. Что произошло между нами ранее больше не повториться никогда! ― я кричала про себя, что никогда не позволю Джетро завладеть моим телом, которое оказалось таким жадным до ласк, что игнорировало разум. ― Ты можешь причинить мне боль, но ты должен помнить, что причинять боль женщинам глупо и низко. Это не власть, Джетро Хоук! Это слабость!

Он прорычал на выдохе.

― Долбаный Боже! ― его гнев увеличивался до того момента, пока, вся комната не наполнилась яростью и не начала вибрировать от волн злости, исходивших от него.

Ещё одна волна головокружения обрушилась на мой измученный разум. Но я попыталась сделать невозможное, борясь с нечёткими визуальными образами, которые начинали кружиться перед глазами, я устояла на ногах. Я сделала это!

Благодаря тому, что я боролась с неустойчивым положением, я смогла открыть так много потаённых сторон своего характера. Я стояла гордая и обнажённая перед его взглядом. Своеобразной одеждой, словно второй кожей, меня покрывали ушибы и высохшая слюна тех мерзавцев, что извращались, прикасаясь ко мне.

Джетро резко притянул меня к себе, впиваясь в меня золотистым взглядом. Он смог подавить своей гнев, не выдавая ни одной чёртовой эмоции: ни раздражения, ни удивления. Он был, словно объятый мраком чёрный айсберг, с такими же резкими и острыми льдинами.

― Если позволите, мисс Уивер. ― Внезапно он отпустил меня, указывая на двойные французские двери, позади меня. Я услышала, как они широко открылись, будто работники по ту сторону двери ждали его знака.

Когда я не двинулась с места, он злобно прорычал:

― Пошла. Прямо. Сейчас.

Я хотела обхватить своё тело руками. Я хотела спрятаться от его пристального взгляда, но я боролась с инстинктами, с каждым грёбаным желанием, я мягко развернулась на пальчиках ног. Я вышла из комнаты настолько скромно и гордо, насколько это было возможно. Не оглядываясь назад.

В тот момент, когда двери мягко закрылись за нами, Джетро с силой схватил меня за локоть и пошёл быстрым шагом вперёд, словно всё пламя преисподней охотилось за его душой. Я перешла от шага до бега, чтобы хоть как-то поспевать за ним.