Его руки душили меня, его тело прижимало меня, а его бедра продолжали двигаться, пока он не израсходовал каждую каплю своего желания.
Минуты и стук сердец стали неисчислимыми, пока мы лежали там, горячие и липкие, но влюбленные больше, чем когда-либо. Его губы прошлись по моей челюсти к моему уху.
— Я женился на богине.
Я усмехнулась.
— Нет, ты женился на Уивер.
Он прикусил мою мочку.
— А теперь она Хоук.
Вспышка его усмешки остановила мое сердце, а затем, как дефибриллятор, перезапустила его в этом новом мире, который он мне подарил.
Перекатившись на бок, мы оба вздрогнули, когда его член выскользнул наружу и лег на нижнюю часть живота. Следуя за ним, я положила голову ему на грудь, позволяя тяжелому стуку его сердцебиения перестроить мое собственное.
Мои руки и ноги дрожали от удовольствия, расплавляя меня.
— Мы действительно только что завершили наш брак?
Рука Джетро обвилась вокруг меня. Он поцеловал меня в макушку.
— Я думаю, что затрахали друг друга до смерти — более правильный термин.
Подняв глаза, я улыбнулась.
— Ну, твоей судьбой было убить меня. Если ты сделаешь это с помощью оргазма, я не буду жаловаться.
Его глаза сузились, наполняясь прошлыми долгами и вещами, о которых я больше не хотела думать. Любовь, которую он питал ко мне, нельзя было отрицать, когда он нежно поцеловал меня в губы.
— Возможно, моей судьбой было убить тебя, но я переписал судьбу. Теперь я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы сделать тебя бессмертной.
Мое сердце екнуло от страстной клятвы в его тоне.
— Как ты это сделаешь?
Он ткнул меня своим носом.
— Превратив наш дуэт в семью. Сделав тебя матерью.
Брак был лучше любого подарка, богатства, состояния или удачи, вместе взятых.
Женитьба на Ниле сделала мою жизнь, мой гребаный мир полным.
Последние шесть недель были хаотичным беспорядком в построении новых целей, продвижении наших мечтаний вперед.
Текс нашел Жаклин.
Нила и Вон несколько дней смотрели на фотографию своей сестры, прежде чем решили назначить встречу.
Они все договорились встретиться где-нибудь на нейтральной территории. Ресторан через две недели.
Я боялся, насколько сильными будут эмоции каждого в ту ночь, но я буду рядом с ней на каждом шагу.
Не проходило и дня, чтобы я не испытывал гребаного благоговения перед Нилой. Она с легкостью справилась с появлением своей сестры, ее новым миром и моей потребностью в ее эмоциональном комфорте. Она следила за моим состоянием, когда мы были на публике. Она точно знала, как обращаться со мной, чтобы я чувствовал себя любимым.
И она позволяла мне делать все, что она делала для меня взамен. Она позволила мне обеспечить ее домом, доставлять подарки как в физическом, так и в эмоциональном плане.
Вместе мы обрели новое счастье.
После нашей свадьбы и медового месяца на Санторини Нила со страстью вернулась к своему ремеслу. Она шила допоздна, пока я заполнял бухгалтерские книги и создавал новые связи. Мы часто работали бок о бок, иногда в ткацких мастерских, где все еще хранились ее ткани, принадлежности и беспорядок; иногда в гостиной, где я любил наслаждаться солнечным светом, а иногда в постели. Были и дни, когда мы сидели на корточках под теплыми одеялами и выполняли минимум взрослых обязанностей, чтобы остаток дня провести под простынями.
И сегодня вся эта тяжелая работа принесла свои плоды.
Мое сердце разорвалось на части, когда розы посыпались со всех сторон, целуя наши ноги.
Нила вцепилась в мое предплечье, тяжело дыша, борясь с приступом головокружения.
Я делал все возможное, чтобы найти для нее лекарство. Я просматривал сайт за сайтом, консультировался с врачами. Некоторые говорили, что это дефицит железа, поэтому я снабдил ее витаминами и минералами. Некоторые говорили, что мозг в конце концов перестанет вызывать приступы головокружения. Однако, я понимал, что у нее это было всю ее жизнь.
Лучшим решением, которое я нашел до сих пор, была серия упражнений, называемых техникой Каналита. Это помогло, но не вылечило ее.
Но у нас было время, и я не прекращал пытаться.
На данный момент я был ее якорем, крепко держащим ее в море наклоняющихся миров.
— Они обожают тебя, Иголочка.
Ее лицо встретилось с моим, разрисованное вспышками фотоаппаратов.
— Они обожают эту коллекцию. Не меня.
Я покачал головой, оглядывая ковер журналистов, фотографов и знаменитостей.
Модницы и репортеры со всего мира приехали, чтобы увидеть коллекцию Радужных бриллиантов Нилы. Коллекцию, которую она начала, когда стояла голая на лужайке Хоуксбриджа, собираясь бежать, спасая свою жизнь, через лес.